РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

«Я тогда не закомплексовал, не запил»: Игорь Верник о мемуарах, семье и «Психе»

В начале марта в издательстве АСТ вышла книга Игоря Верника «Брошенные тексты. Автобиографические записки». «Домашний очаг» поговорил с Игорем о том, почему он взялся за мемуары, о трех поколениях мужчин в его семье и съемках в нашумевшем сериале «Псих».
«Я тогда не закомплексовал, не запил»: Игорь Верник о мемуарах, семье и «Психе»
PersonaStars

Книгу «Брошенные тексты. Автобиографические записки» Игорь Верник посвятил родителям: «Эмилю и Анне Верник, которые научили меня самому главному – любить. Вообще в книге много любви: той, которая была в родительском доме, любви к сыну, к женщинам, к людям, с которыми соединила жизнь, профессия». Оказывается, актер давно пишет стихи и ведет дневники, но об этом до недавнего времени знали лишь родные и близкие друзья. По словам Верника, делиться записями с широкой аудиторией он не планировал. «Как-то у родителей открыл шкаф, и сверху на меня упал картонный ящик, там оказались детские записки, мои заброшенные, забытые, казалось, навсегда, тексты. И это меня торкнуло. Это был знак. Я стал читать, там была моя юность, мои мечты, мое представление о том, как сложится жизнь. Ну и на протяжении многих лет я вёл дневниковые записи, писал наброски, стихи в тетрадках, на театральных программках, на страницах газет, на всем что попадало под руку. И я решил: надо это все собрать. Так и родилась идея книги», — признался артист.

Игорь Верник выпустил первую книгу. Она называется «Брошенные тексты. Автобиографические записки»
Игорь Верник выпустил первую книгу. Она называется «Брошенные тексты. Автобиографические записки», издательство АСТ

После пресс-конференции, посвященной выходу книги «Брошенные тексты. Автобиографические записки», Игорь Верник дал большое интервью «Домашнему очагу».

Игорь, знаю, что у вас есть загородный дом, где вы проводите время с семьей. Расскажите, как устроен ваш быт? Какие у кого обязанности?

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Загородный дом я построил давно. Когда не стало мамы, папа переехал туда жить. Я приезжаю к нему, когда есть возможность. Во время пандемии мы за городом провели несколько месяцев в мужской компании — я, папа, брат Вадик и сын Гриша. Нам так хорошо было вместе. А обязанностей у мужской компании нет, есть права. Каждый из нас делал, что хотел. Естественно, главный в доме – это папа. Он всегда сидит во главе стола во время завтрака или обеда, или ужина. Есть помощница по дому. Она занимается бытовыми вопросами. Вечерами мы с братом и сыном смотрели кино. Это стало неким ритуалом. Параллельно что-то вкусное готовили с Гришей на кухне.

Расскажите, как поживает ваш папа? Какими мыслями Эмиль Григорьевич делится, чему радуется?

Мой папа – уникальный человек. Наверное, так скажет любой сын и будет прав. И все же. Папе 96 лет, но он не любит, когда говорят о его возрасте. Язык не поворачивается назвать его пожилым человеком. «Возраст, старость» — эти слова исключены из его лексикона и никакого отношения к папе не имеют. Он полон сил, энергии, интереса к происходящему в мире. В одной руке у папы всегда пульт от телевизора, в другой – радиоприемник. А рядом книги и газеты. Конечно, он живет сейчас тем, что происходит в моей жизни, в жизни моего брата и сына. Папа часто делится с нами воспоминаниями о работе с великими артистами – Смоктуновским, Табаковым, Ефремовым, Яковлевым, Леоновым, Мироновым, другими. Раньше эти истории воспринимались как-то иначе. Сейчас же я их могу соразмерять со своей жизнью. Ваш журнал называется «Домашний очаг». Для меня эти слова – основополагающие. Я уверен, что в доме могут быть камин и печка, но все равно будет холодно. А греть может только взаимный интерес друг к другу и любовь. Мне повезло родиться именно в такой семье. Раньше, когда мы собирались у родителей, за столом всегда разговоры были о театре. Это замкнутый круг и из него не вырваться. Папа – режиссер на радио, мама – музыкант, брат – журналист и театральный критик. Теперь и сын учится на актера. Это на самом деле потрясающе.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
instagram
Нажми и смотри

Интересно, насколько с сыном у вас доверительные отношения? Как часто говорите с ним не о работе, а о личном?

Гриша – мой близкий друг. Мы можем говорить с ним обо всем. И не только он у меня спрашивает советы, но и я у него. Мы созваниваемся каждый день перед сном, говорим друг другу пару слов. Он в курсе всего, что происходит в моей жизни, а я в курсе всех его планов. Родителям очень трудно отпускать детей. Но это необходимо делать. Я раньше не представлял, как Гриша будет жить отдельно. А это случилось и ничего не поменялось. Это и есть та степень близости в семье, о которой я говорил.

Игорь Верник с сыном Григорием
Игорь Верник с сыном Григорием
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Какую девушку вы бы хотели видеть рядом с Григорием?

Я всегда одобрю выбор Гриши. Это его жизнь. Воспитание – это опыт, который ребенок впитывает, пока он рядом с родителями. Гриша – продолжение меня, как и я продолжение своей родни. Папа мой готов рассказывать часами, как встретил маму и с первой секунды понял, что это его женщина. Как они жили в крохотной коммунальной квартире и строили жизнь.

А какую женщину хотели бы встретить вы?

Сильную, самодостаточную, как моя мама. Она была абсолютным другом моему отцу. А еще невероятной красавицей.

Григорий, наверняка, понимает, что известная фамилия накладывает дополнительную ответственность. Вы сами, когда перестали ее чувствовать?

Известная фамилия с одной стороны – бонус, а с другой – тяжелый груз. Она тебя сразу ставит в какие-то рамки. Я сыну постоянно говорю, что он никому ничего не обязан доказывать. Он должен искать свой путь, быть абсолютно независимым. Помню случай. Я был совсем молодой и один режиссер пригласил меня в свой спектакль. Через несколько репетиций он заявил при других артистах: «Знаете что, Верник, я снимаю вас с роли. И запомните: вы никогда не будете играть больших ролей». Вот сейчас я играю девять главных ролей в спектаклях МХТ им. Чехова, а также в Театре наций, в Большом театре. А где тот режиссер, чем занимается? Я не знаю. Каким-то поразительным образом я тогда не закомплексовал, не запил, не закрылся в себе, а перешагнул и пошел дальше. Характер у меня такой. Спасибо родителям. Они всегда смотрели вперед, а не назад.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
Игорь Верник, Ульяна Глушкова, Александр Булатов.
Игорь Верник, Ульяна Глушкова, Александр Булатов. Показ спектакля "Дракон". МХТ им.А.П.Чехова, PersonaStars

В прошлом году на экраны вышло сразу несколько рейтинговых проектов с вашим участием. Один из них – сериал «Псих». Вы когда прочитали сценарий – какие были мысли? Его же написала Паулина Андреева. Вы давно знакомы с ней, насколько знаю.

Я с Паулиной познакомился еще во время ее учебы в Школе-студии МХАТ, но подружились мы с ней во время совместной работы над спектаклем Владимира Машкова «№13D» в МХТ им. Чехова. Паулина блестяще владеет словом. Я знал, что она пошла на курсы сценаристов в киношколу «Индустрия». Помню, как- то летом спросил у нее: «Что ты все время пишешь?». И она прочитала мне начало сценария «Психа». Я был очень впечатлен. Часто приходится читать какие-то клишированные сценарии, написанные как будто под копирку. А у нее было так ново, так оригинально, так смело. Через какое-то время Федор (Федор Бондарчук, муж Паулины Андреевой, режиссер сериала «Псих». – Прим.ред) предложил мне роль Артема в сериале. Эта наша первая совместная работа с Бондарчуком, хотя мы знаем друг друга и дружим с юности. Эта история, кстати, могла разделить нашу жизнь на до и после. Как известно, хочешь поссориться с другом, сделай с ним что-нибудь вместе. Но в нашем случае все получилось иначе. Я узнал Федора каким не знал раньше. Мне было очень интересно работать с ним, как с режиссером. Он создал тончайшую психологическую историю. Этот сериал рожден двумя моими любимейшими друзьями. Он о страхах, о попытке понять и принять себя, о психозах. А с психозом можно сравнить и любовь. И эта история не случайно так прозвучала. Она рождена как ребенок в настоящей любви. (У Федора Бондарчука и Паулины Андреевой недавно родился сын Иван. – Прим.ред).

У вас непростая роль в сериале ...

Съемки «Психа» — это несколько месяцев счастья. При том, что работа была непростой. Сериал не про фобии и комплексы. Вернее, не только и не столько про это. Таких историй много. Он про то, как принять себя. Я играю наркомана и гомосексуала, который живет в обществе, где навязаны свои правила и стереотипы. И благодаря общению с психотерапевтом он в конце концов приходит к принятию себя и значит к свободе.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
instagram
Нажми и смотри

Фото: PersonaStars, издательство АСТ, @ivernik

Загрузка статьи...