Движение #MeToo началось в трущобах: как Тарана Бёрк спасала девочек, чтобы спасти себя

Движение #MeToo, захлестнувшее планету волной откровенности и заставившее глядеть на то, на что закрывали глаза веками, мы знаем больше всего по голливудским скандалам… Но началось оно в чёрных гетто, и запустила его активистка-афроамериканка Тарана Бёрк. К 25-летию «Домашнего очага» мы вспоминаем девушек и женщин, которые за четверть века серьёзно встряхнули мир.
Движение #MeToo началось в трущобах: как Тарана Бёрк спасала девочек, чтобы спасти себя

Просто будь

Бёрк родилась и выросла в Бронксе, в среде, где изнасилования девочек-подростков учениками, учителями, родственниками встречались, кажется, чаще, чем даже в самых запущенных и залитых алкоголем рабочих гетто российских городков с еле живой промышленностью. Закончить школу многодетной матерью — вообще не вопрос. Столкнулась с насилием и Тарана — это было для неё тяжёлой травмой, но она сумела найти в травме источник силы. Боль толкала её помогать другим девушкам. Спасая их, она словно спасала себя снова и снова — не от насилия, увы, но от его последствий.

Сначала она действовала как старшая подруга, но возможность помогать как частное лицо не так уж велика. В тридцать лет — в 2003 году — Бёрк основала некоммерческую организацию Just be — «Просто будь».

Название, быть может, отсылает к Шекспиру — единственному автору, о котором имеет представление каждый, кто ходил в американскую школу (примерно как даже последний двоечник у нас знает что-то о Пушкине). To be or not to be? — фраза из знаменитого монолога Гамлета, посвящённая тому, не легче ли перестать жить, чем страдать. Такой вопрос возникает у многих из тех, кому довелось пережить сексуальное насилие. «Будь», однозначно отвечала Бёрк, и организовывала психологическую помощь, чтобы девушка вообще могла дальше… быть.

Истории, которые она выслушивала от девочек от двенадцати лет, были одна другой тошнотворнее. А лозунг MeToo появился для того, чтобы девушки знали — то, что с ними произошло, это беда, которая происходит даже с самыми лучшими из тех, кого они знают… Это не знак исключительной нехорошести. Бёрк начала это движение среди девушек, живущих в гетто и трущобах — в общем, в плохих социальных условиях — после того, как одна из её школьниц рассказала, как в школе танцевала перед администратором в униформе. Иначе он не отпускал её на поддерживающее занятие в Just be, которое она воспринимала как жизненно необходимое для себя.

Сам лозунг — это единственная фраза, которую смогла сказать Бёрк, когда девочка тринадцати лет призналась ей, что пережила изнасилование. «Я тоже».

Очень личная история

Бёрк не только сама перенесла сексуальное насилие. Она обнаружила, что её дочь, Кайя Надира, тоже стала объектом нападения. История произошла, когда Кайе было пять. Незнакомый мужчина выманил девочку на прогулку и там завёл в укромное местечко, чтобы совершить с ней, скажем так, недопустимые манипуляции. Бёрк почувствовала, что поведение дочери изменилось, но на все вопросы о том, не трогал ли её кто-то «там», Кайя реагировала отрицанием. Каждый раз, как в поведении Кайи мелькало что-то особенно настораживающее, Бёрк задавала этот вопрос — и девочка снова отвечала отрицательно, но беспокойство не оставляло мать.

Всё дело в том, как она поняла гораздо позже, что часто дети воспринимают эти истории не как чужой поступок, а как своё прегрешение — ведь они обнаруживают, что, забывшись, нарушили какой-нибудь запрет родителей, например, не говорить с незнакомцами. Часто и сами сексуальные агрессоры убеждают в этом маленьких жертв. Большинство родителей детей, перенёсших домогательства и даже изнасилование, не имеют представления о том, что их дети пережили такой кошмарный опыт.

Известен случай, когда отец, насмехавшийся над жертвами насилия и утверждавший, что достаточно «научить дочь делать хук», узнал историю изнасилования своей дочери из её записи в социальных сетях — и о том, что всё это время она не рассказывала ему, потому что он посмеялся бы и спросил, почему она не сделала тот самый хук. Это заставило его кардинально пересмотреть свои взгляды: по счастью, между ними и дочерью он выбрал дочь.

Когда Кайе Надире было одиннадцать, Тарана как-то раз расчёсывала ей волосы и… наконец-то нашла нужные слова: «Ты должна знать — что бы ни произошло, я не перестану любить тебя. Ничто не заставит меня больше тебя не любить».

Она произнесла длинную речь, пытаясь донести свою мысль до дочери, и попросила рассказать ей о том, что Кайе хотелось бы рассказать. И если это невозможно сделать словами — написать, когда мама выйдет из комнаты. Тарана вышла, и, когда вошла, Кайя уже записала свой рассказ. Так Бёрк, наконец, узнала, что случилось и поняла, как может помочь дочери. Этому научили её те самые девочки из трущоб и гетто, которые, как одна твердили: маме ничего не скажу, она ругать будет…

Голливудская история

В 2017 году актриса Алисса Милано обратила внимание своих читателей на лозунг Me too — «И я тоже». Она призвала распространять эту фразу и рассказывать свои истории: «Если бы все женщины, подвергшиеся сексуальному домогательству или нападению, также написали «Я тоже» в своём статусе, мы могли бы дать людям понять масштабы этой проблемы». Она также написала чуть позже о происхождении лозунга, о котором сначала знала только в общих чертах, и дала ссылку на сайт Тараны — так о Бёрк узнал весь мир.

Сотни тысяч историй были написаны в социальных сетях под тэгом #MeToo или родственных ему на других языках (например, в России, вслед за Украиной, это было «Я не боюсь сказать»), но внимание широких масс привлекли, в первую очередь, признания, которые сделали под ним голливудские актрисы, включая звёзд мирового значения.

Отсюда, кстати, и миф, что происхождение у этого флэшмоба «киношное» — мол, актрисы придумали его, чтобы обратить на себя внимание. В том же обвиняли в социальных сетях и обычных женщин, писавших свои истории. Кто-то из женщин заявил в ответ, что для неё это было Hear me roar — используя лозунг Ланнистеров из «Игры престолов», который значит «Услышь мой рёв» — что #MeToo был криком львицы, разрывающей путы молчания и обвинений. Фраза прошла почти незамеченной, но в 2019 году в Швеции поставили памятник движению именно в виде яростно ревущей пумы, увековечив этот образ. Автором стала скульптор Камилла Акрака.

Тем временем движение набирало обороты и в мире, и в Голливуде. В 2018 году на церемонию вручения «Золотой глобус» актрисы явились в чёрном — этот цвет традиционно используется не только как траурный, но и как протестный. Такую традицию в далёком девятнадцатом веке ввели поляки, и к ней позже обращались не раз в разных странах — но впервые протест в чёрном привлёк столько внимания прессы. Молчавшие долгое время жертвы серийного насильника Харви Вайнштейна тоже заговорили под влиянием этого движения, что дало возможнось судить его и приговорить к заключению.

В конечном итоге, сотни тысяч женщин заявили, что движение #MeToo серьёзно изменило их жизнь — и оно как следует перетряхнуло планету, заставив говорить о том, о чём раньше словно существовал заговор молчания.

Проблему, как известно, не решить, пока ты не назовёшь её и не поймёшь масштабы — так что у будущих поколений девушек и женщин наконец-то появились шансы жить в более безопасном мире. Что касается самой Бёрк — она стала популярней, это правда, но основные лавры достались не ей. Она по‑прежнему в замечательных отношениях с дочерью, а в феврале 2020 года объявила, что выходит замуж за своего давнего возлюбленного.

История одной из участниц #MeToo: почему Анджелина Джоли в тысячу раз больше, чем кинозвезда.

Интересно...
Хочу знать все, что происходит в жизни звезд.
Спасибо!
Мы отправили на ваш email письмо с подтверждением.
Добавить свой ответ

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, или .

Введите ваш текст
Интересное на сайте