Девочки как мальчики: почему они так одеваются

Дочка Анджелины Джоли выглядит как мальчик, сын Шарлиз Терон предпочитает «принцессные» платья, а сын Гвен Стефани красит ногти в розовый, потому что ему так нравится. Почему нас это так беспокоит?
Евгения Голобокова

Шайло, средняя дочка Анджелины Джоли и Брэда Питта, обратила на себя внимание поклонников звездного семейства уже давно: с раннего возраста она предпочитала штаны и майки, уже в четыре года попросила родителей стричь ее коротко, и больше любит играть в компании братьев, а не сестер. Сейчас Шайло 11 лет, и два года назад она всерьез задумалась о смене пола (и придумала новое имя — Джон). Родители проконсультировались с психологом, он предложил ждать, наблюдать, предоставить девочке больше возможностей для общения со сверстницами и продолжать относиться к ее потребностям с пониманием. Ну, с этим-то у родителей Шайло проблем точно нет.

Шарлиз с сыномПятилетний сын Шарлиз Терон носит косы, одевается в розовое (и лосины тоже, да), а недавно вышел в свет с накрашенными губами. «Девочковую» одежду носят и другие звездные сыновья: четырехлетний сын Меган Фокс периодически выходит на публику в пышных платьях, сын Гвен Стефани отмечал свой день рождения, одетый в розовую пачку, а 17-летний модник Джейдан, сын Улилла Смита, любит юбки. Большинство комментариев к этим историям звучат примерно так: «Совсем обалдели», «Зачем детям все позволять, это ненормально», «И что теперь из них вырастет?» А знаете, почему? Потому что это зависть: с нами в детстве такого быть в принципе не могло, а с нашими детьми такого не будет, потому что нам важно, что люди скажут. Это страх — смотреть на то, как кто-то сильно не похож на других и чувствует себя при этом прекрасно, а мы боимся какого-то мифического возмездия. А еще мы, конечно же, примеряем на себя: вот сейчас наш Петя скажет, что пойдет в школу в розовой пачке. Это же все, это мы как родители провалились с треском.

Меган Фокс с сыновьями (Splash News)Нам кажется, что то, что происходит с ребенком сейчас — оно навсегда. Вот он сидит, перемазанный кабачком и творогом — и нам всю жизнь придется кормить его с ложки. Вот валяется на полу в супермаркете и орет — тоже навсегда, все пропало, как он будет жить в обществе. Не может написать ровно строчку в прописях — навсегда. Не доносит носки до корзины грязного белья — навседа. Хамит и запирается в комнате, прогуливает, прячет вейпер.

В какой-то момент пытливый родитель все-таки замечает, что ребенок меняется — не всегда с той скоростью, с какой нам хотелось бы, но меняется, хотя осознать это невероятно трудно. Сегодня хочет косы и платье — завтра захочет мотоцикл и татуировку. Сегодня он человек-паук, завтра трансформер. Сегодня играет в то, что он собачка — но вы же не думаете, что он твердо решил пришить себе хвост, быть укушенным ядовитой тварью или заменить ногу на электронную? Подождите, ваш ребенок еще не вырос, у него сто раз еще все изменится, и если юная Шайло и правда решит стать мальчиком — это все равно будет уже после совершеннолетия (и волноваться про это будут ее родители).

сын Гвен СтефаниНам кажется, что давать ребенку выбор не нужно — ну что он там выберет, куда уж ему, мы-то знаем, как лучше. Но давать выбор — это про уважение. Сначала он выбирает, какую майку наденет — красную или синюю, и какую кашу хочет на завтрак, потом сможет на самом деле прислушиваться к своим чувствам и и понимать, чего он хочет — он, а не родители. Да, это бывает ужасно неудобно, когда ребенок хочет чего-то не того, к чему вы готовы. Но он и не обязан быть удобным, а вот счастливым — совершенно точно да.

сын Уила СмитаНам кажется, что поддерживать ребенка надо тогда, когда он что-то сделал хорошо или правильно. Но гораздо спокойнее ребенку живется со знанием, что родители на его стороне. Это не про вседозволенность, конечно: положа руку на сердце, платья и короткие стрижки не несут никакого вреда ни ребенку, ни окружающим. Конечно, подросткам нужна зона протеста — так они развиваются. Но мы же про эти звездные семьи ничего не знаем, может у них строжайше запрещено есть в постели или регламентировано время пользования смартфоном.

И, кстати, вряд ли Шарлиз Терон бегает за пятилетним Джексоном, предлагая ему все-таки накрасить губы ее помадой. Просто она не видит в этом ничего ужасного или постыдного, а видит желание ребенка сообщить что-то миру или просто попробовать вот так. И как покрашенные волосы не говорят ни о чем, кроме желания покрасить волосы — так и выбор одежды говорит о том, что сейчас ребенок хочет выглядеть именно так. И почему нет?

Добавить свой ответ

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, или .

Введите ваш текст