«Вина убитой женщины сводится к тому, что она вышла из абьюза»

Почему мужчины убивают бросивших их женщин? Почему никто не успевает им помочь? И почему такое хладнокровное убийство, какое случилось 26 июля в Раменском, общество привычно называет «убийством из ревности»? Рассуждает блогер, муж и отец Александр Друсаков.
«Вина убитой женщины сводится к тому, что она вышла из абьюза»

ВНИМАНИЕ: этот текст нельзя назвать безопасным для прочтения. Если вы стараетесь ограждать себя от любой информации о таких случаях — пожалуйста, не читайте дальше.

Трагедия, когда мать на глазах у ребенка убивает какой-то мужик, могла случиться (и случалась) много где в мире, но 25 июля это произошло в Раменском прямо под камерами. Огласку, как мне кажется, этот случай получил в том числе и потому, что есть видеозапись инцидента.

Вы наверняка слышали про этот случай подробности — мужик 38 лет, спустя месяц после расставания, приехал к бывшей подруге, пока она днём гуляла на детской площадке с пятилетней дочерью.

Спокойной твёрдой походкой и без суеты он подошёл к лавочке, где сидела девушка, подсел, что-то сказал, потом одной рукой схватил ее за шею, а другой достал нож. Женщина отшатнулась, но агрессор удержал её, затем навалился всем весом и, ограничивая ее сопротивление свободной рукой, нанёс около 20 ударов ножом. Ушёл. С момента первого враждебного движения до конца атаки прошло всего 15 секунд.

Как видно на записи, все произошло настолько быстро, что не все находившиеся рядом люди — а их было много — поняли, что вообще случилось. Давайте поговорим про это? Это важно.

Хотя бы потому что многие из нас, даже читая новости и смотря запись, все ещё не понимают, что на самом деле произошло.

Первое, что хочется сказать — следствие и выводы следствия не всегда совпадают с реальностью

Любая хронология, пересказ или протокол — некоторое неизбежное упрощение, потому что нельзя (или не очень удобно) учесть и/или рассказать в паблике все. При этом, увы, в делах мужского насилия над женщинами следствие гарантированно будет испытывать приступы куриной слепоты в некоторых местах. В случаях женской самообороны от домашнего насилия так происходит сплошь и рядом, если женщине случается убить нападающего.

80% осужденных за убийство женщин в РФ это «убийцы» своих партнеров.

Менты по горячим следам выбивают чистосердечное признание из женщин под стрессом, и дела о самообороне волшебным образом переквалифицируются в суде на дела о предумышленных убийствах.

домашнее насилие

Сейчас речь идет о другом — когда самообороны не было, когда бедная женщина была хладнокровно зарезана. Что мы видим? В медиапространство активно пихается версия про «ревнивого сожителя». Читай убийство спровоцировала женщина неподобающим поведением. А вот вела бы себя прилично… Ну и дальше в мотивы никто глубоко не копает, потому что как бы все ясно же. Штамп «следствие постановило» и волшебная формула «ревнивый мужчина» считаются чем-то высеченным в камне для удручающе большого количества людей, а подвергать эти выводы сомнению, по мнению общества, предосудительно и даже глупо.

Каким же образом воспитательница детского сада — именно этим зарабатывала на жизнь убитая — «спровоцировала» мужчину? Мы этого никогда не узнаем.

Скорее всего, вся ее «вина» сводится к тому, что она вышла из абьюза или же бросила чувака до того, как в этот самый абьюз попасть, разглядев нездоровое поведение своего кавалера.

Такие «альфачи» воспринимают уходы женщин как личное оскорбление. Как же это так, его собственность взяла и ушла? Надо наказать, разобраться, или не настоящий мужик. И настоящий мужик идет и наказывает. Когда просто кулаком, когда с дробовиком, когда с топором. Или вот с ножом в кармане.

Совершенно точно мы можем выкинуть в мусорку слова этого двинутого о том, что он стал бить женщину ножом, потому что его оскорбили ее слова во время разговора. Разговора-то и не было. Если какие-то слова и звучали, то когда мужик шел к лавочке. Шел ее убивать. Это видно по его поведению до и после. Спокойно подошел, сделал задуманное, спокойно ушел. Нож у него был спрятан в правом кармане и готов к применению. Агрессор точно знал, где искать жертву.

Если бы он не хотел ее убивать и на самом деле потерял бы над собой контроль во время беседы, он, скорее всего, не покинул бы место преступления так целенаправленно, либо убегал бы в панике от своих собственных действий.

Почему же такое хладнокровное убийство называют следствием ревности?

Возможно, потому что люди на самом деле понимают — ревность это следствие такой мировоззренческой матрицы, когда один человек считает себя собственником другого. А чувство собственности у мужчины по отношению к женщине это типа норма такая в этой матрице. Оно же самый простой верхнеуровневый мотив, самое простое объяснение для любых действий. Но это наглое и циничное вранье. Причем как со стороны преступника, так и со стороны общества, готового хавать это в качестве объяснения. И порой даже снимать за это вину с убийцы и перекладывать на жертву. Тут мы приходим к парадоксу: защитилась женщина, убив агрессора, или же умерла, став его жертвой — она виновата сама.

домашнее насилие

И в том, что общество в целом и люди в частности так видят, вина не только государства, но и традиций, общественных норм, которые формируют людей и влияют на их поведение, окружения и воспитания.

Каким-то образом эти нормы позволяют мужчинам бить женщин

И это случается, как уже неоднократно сказано, в четверти семей. Что говорит нам о том, что домашнее насилие это как бы еще одна норма. Обратите внимание — для многих мужчин вопроса о том, надо ли бить женщину в воспитательных целях или нет, не стоит на повестке в принципе. Потому что если женщина в истерике или нажралась, то вдарить ей надо. Многие вроде бы приличные люди так искренне считают. К чему эта норма приводит? К тому, что общественный договор «Не убей» перестает работать с женщинами. И это на самом деле страшно. Я не знаю, как с этим живут женщины, если не отворачиваются от этого понимания.

Общественный договор это штука, которая стоит как бы над законами

Потому что ни один закон не в состоянии защитить человека от агрессора в моменте агрессии. Когда нет камер, полиции и свидетелей — кто защищает жертву? Не закон. В некоторых случаях страх перед ним. Но чаще всего — тот самый общественный договор, который вынуждает человека остановиться или передумать еще до начала агрессии.

Сила этого договора проистекает из некоторых общественных понятий, а также из допущения, что преступник будет найден и справедливо наказан. Почему это допущение?

Вот почему: значительная часть преступлений остается неизвестной системе, потому что люди не заявляют на эти преступления. Ровно такая ситуация, например, с изнасилованиями — согласно данным центра помощи жертвам насилия «Сестры», жертвы пишут заявления в 10−12%. Что касается тяжких и особо тяжких преступлений, то, согласно статистике МВД РФ за 2016 год, их раскрываемость плавает в районе 50%.

Иначе говоря, если в голове мужика нет запрета на убийство ближнего или на секс без согласия, то он может рискнуть. Ну а че, ведь в случае убийства его найдут и накажут в половине случаев, а в случае изнасилования в 90% случаев ему ничего не грозит вообще. А на самом деле больше, чем в 90%, потому что те, кто пытаются подавать заявления, в 75% случаев сталкиваются с отказом, а остальная часть дел, которая 25%, частенько рассыпается до суда.

Вот почему важен общественный договор. Если подкрутить систему, то раскрываемость можно повысить, но она никогда не будет 100%. Да и станет ли легче жертве убийства или изнасилования, если агрессора накажут? Жертва уже стала жертвой, фарш невозможно провернуть назад.

Закон не защитит женщину на свидании в уединенном месте, особенно если очередной альфач решил, что все идет к сексу. Закон не защитит ее от кухонного боксера, который решает проучить свою жену и в итоге ее убивает.

Как показывает видео с детской площадки в Раменском, даже наличие людей рядом не останавливает убийцу. Потому что одним все равно, другие убегают, третьи не видят. И профессиональные головорезы в курсе про эту историю. Да и давайте будем честными — хватит ли среднестатистическому человеку 15 секунд, чтобы принять опасное для жизни решение заступиться за женщину перед мужиком с ножом? Поможет ли это жертве, если зачастую одного удара ножом может быть достаточно для причинения ран, несовместимых с жизнью? Зачастую сделать можно только одно — закричать «У него нож, бегите!» и спасать свою жизнь, а потом вызывать полицию с безопасного расстояния. Это будет самым правильным решением для непрофессионала.

Общественный договор это история, которая закладывается в людей на всех уровнях — на уровнях семьи, друзей, социальных институтов, государства, культуры. Только он на самом деле может помешать человеку пойти на преступление. Или не помешать.

Вот почему я не разделяю точку зрения достаточно многих людей, которая выражается фразой «А почему мне нужно заботиться о своей безопасности, когда это должно делать государство и общество? Я плачу налоги!»

Увы, все фатально просто — потому что даже в развитых странах есть люди, для которых понятие общественного договора это пустой звук. И потому понятие stand your ground, применяемое в некоторых штатах США, это панацея от подобных асоциальных элементов, на болте крутящих все эти договоры.

домашнее насилие

Принцип stand your ground позволяет в ответ на толчок или даже вербальную угрозу достать пистолет и застрелить. Это мощный останавливающий фактор.

Но что может сделать воспитательница на детской площадке, если к ней приближается бывший мч с ножом?

К сожалению, практически ничего. Обычная женщина не готова к тому, что ее будут убивать в людном месте на глазах у детей. Она не готова к работе против ножа. Она не может держать дистанцию, потому что не знает, что это надо делать, когда угрожают. Она не может убежать, потому что у нее на площадке играет детишка и потому что ребенок останется заложником. Она слабее нападающего. Она не имеет психологической подготовки и решимости убивать агрессора при необходимости. Она не владеет техниками защиты. Виновата ли она в этом? Нет, не виновата. Чтобы держать все это в голове, нужна профдеформация. Она позволяет начать делать то, что лишит вас покоя до конца ваших дней — допустить, что общественный договор работает не всегда точно так же, как и закон.

Будь на месте бедной воспитательницы сравнимый с агрессором по физическим данным мужик и эксперт рукопашного боя, который обнаружил бы угрозу лишь в момент, когда его начали контролировать свободной рукой, а второй уже начали шинковать, в 50% случаев исход будет таким же — эксперт умрет в половине случаев от ран, хотя, возможно, при этом обезвредит или ликвидирует нападающего. Только на мужика лишний раз не полезут, ведь в большинстве случаев мужика воспитали защищать себя до победного. И агрессоры помнят об этом.

Именно потому случай в Раменском так страшен — он показывает, насколько мы беззащитны перед теми, кто считает себя выше общественного договора.

Что же делать? Как жить с этим знанием? Для меня ответ очевиден — учиться защищать себя и близких. Но почему это имеет смысл после всего того, что я сказал выше? Если панацеи нет? Потому что самооборона начинается раньше и задолго до ситуации. С точки зрения самообороны женщина в Раменском сделала все, что могла и знала. Она рассталась с агрессором. Мне очень, очень жалко ее поэтому. Потому что больше она ничего не могла сделать. Ничего.

Есть в англоязычном интернете очень полезная статья. Ее написал один из экспертов рукопашного боя. Он проанализировал около 200 видеозаписей ножевых атак. И выявил ряд закономерностей. Например, что 80% нападений с применением ножа неожиданны, длятся в среднем 7 секунд и за это время в среднем наносится 5 ударов ножом, нападающий использует вторую руку, чтобы помешать жертве убежать и защитить себя. Из оставшихся 20% половина нападений длится 15 секунд, после чего атакующий покидает место преступления. Это связано с тем, что жертва смертельно ранена или убита, или с тем, что преступник боится привлечь к себе слишком много внимания.

домашнее насилие

Иначе говоря, достаточно как-то продержаться 15 секунд. Дистанция, привлечение внимания к ножу, подручные средства в виде стульев, сумок или любых других вещей, которые можно расположить между собой и нападающим — все это сильно повышает шансы на выживание. Но гарантии не дает.

И самое главное — мы должны научиться верить людям.

Мы должны научиться этому заново и в некотором смысле совсем под другим углом. Если человек угрожает вам расправой, побоями, убийством или же наоборот просто идет к вам с ножом молча — поверьте ему. Не ищите ему оправдания, не позволяйте общественному договору в вашей голове успокоить вас, потому что угрожающий вам уже этот договор нарушил. Не надейтесь на то, что окружающие вам помогут. Исходите из того, что вы в одиночестве. Рассчитывайте на собственные силы так же, как вы это делаете в воспитании детей и зарабатывании денег на жизнь. Этот расчет и готовность к тому, что худший сценарий может случиться — ваша страховка на случай, если общественный договор в голове поехавшего урода дает сбой.

Источник: Александр Друсаков/Фейсбук

Понравилась статья?
Подпишись на новости и будь в курсе самых интересных и полезных новостей.
Спасибо!
Мы отправили на ваш email письмо с подтверждением.
Добавить свой ответ

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, или .

Введите ваш текст