Все сложно: почему мы передумали разводиться

Если мысль о разводе назрела, значит, в браке плохо. Но многие предпочитают, по-гамлетовски, мириться лучше со знакомым злом, чем бегством к незнакомому стремиться. Впрочем, иногда такая трусливая, на первый взгляд, позиция, оказывается выигрышной.
Юлия Верклова
Все сложно: почему мы передумали разводиться

Сделать предложение трудно. Особенно если это предложение о разводе. Предложение о браке само по себе комплиментарное, то есть, по определению, приятное. Но делается, в общем-то, чужому человеку. Если оно принято — все счастливы, если отвергнуто — грустно, конечно, но вы свободные люди, и каждый просто продолжит жить свою жизнь. Развод — иное дело! Как можно сказать человеку, с которым прожил полжизни, что больше его не любишь? Ладно, не полжизни, года три — когда кажется, что притерлись и все трудности пройдены — а тут тебе предложение: «Давай разведемся…» И, если оно принято, все несчастны. А если отвергнуто, вообще не понятно, как дальше жить. Вы вроде заявили, что хотите на свободу, а вас не отпускают. Тогда у вас два варианта: либо довести и без того плохую семейную ситуацию до состояния «кромешный ад», чтобы уж точно всем захотелось развода. Либо наоборот — впрячься и работать над отношениями, чтобы сохранить семью. Если честно, оба варианта трудоемки и болезненны. Но, если в первом варианте итог предсказуем, то во втором — всякое бывает. Наша колумнистка Юлия Верклова рассказывает четыре реальных истории.

История Катерины. Муж влюбился в другую

Я мужа очень люблю. Но у нас изначально были странные отношения: он из силовиков — возможно, поэтому закрытый человек, не только о чувствах говорить не умеет, но даже и о событиях минувшего дня. А я, наоборот, человек слова. Филолог то есть. Мне все происходящее внутри и снаружи надо словами описать. И, когда на мои слова не поступает ответной — вербальной! — реакции, я, конечно, бешусь. Поэтому у нас была семья итальянского типа: с громкими ссорами и бурными примирениями.

Но, прямо скажем, я ему никогда и не доверяла. Это мои старые травмы. Я, пока его не встретила и замуж не вышла, и сама изменяла своим мужчинам — иногда просто из мести. Я не ревнива. Но я чувствую, когда отношения меняются.

Вот и сейчас стала замечать неладное. Мужа в буквальном смысле колбасило: давление скакало, голова болела, он был очень грустен и зол одновременно…

Некоторое время я утешала себя его «неприятностями на работе», сам-то он ничего не рассказывал.

А потом влезла в его комп (нет, мне не стыдно) и прочитала переписку с другом: он влюблен в другую девушку и не может сделать выбор. Я решила его отпустить. Каждый из нас имеет право на свой опыт. Муж — мой самый близкий человек. Я была на его месте (не в браке, конечно, но все же это были длительные серьезные отношения) — так что я лучше всех знаю, что он чувствовал. Я хотела ему помочь. Не потому, что я безвольная тряпка. Просто я люблю его и хочу, чтобы он был счастлив — со мной или без меня. Я не жду, чтобы он оценил мою мудрость (или глупость)… Все вот это я ему и сказала.

И мы начали разговаривать! Каждый день. Без претензий, как друзья. Откровенность, которой я много лет добивалась со скандалом, вдруг вылилась на меня без дополнительного запроса.

Впервые мы начали с ним говорить о нас, об отношениях, о чувствах.

Стали озвучивать друг другу свои ожидания — в общем, делать все то, что, по моему разумению, должны делать все нормальные супруги. В буквальном смысле, благодаря его измене наши отношения вышли на новый уровень. Такой вот парадокс. Конечно, я опасаюсь, что он может трактовать мое поведение как всепрощение — и ситуация повторится. Но тогда уже моя реакция будет иной!

История Ольги. Муж не хотел больше детей

Когда муж сказал, что одного ребенка достаточно, меня это больно резануло. Для меня это означало, что на двоих и более детей нашей любви не хватит. Я рыдала, ругалась, требовала объяснений… В общем-то, он объяснял свою позицию. Я однажды была близка к смерти из-за внематочной беременности, и муж не хотел больше рисковать мною. Хотя я была убеждена, что риски за мое тело и мою жизнь — целиком на мне.

Потом наш сын родился 3 балла по шкале Апгар — это тоже страшно. Но страхи забываются, когда ребенок подрастает… Я хотела второго, но муж твердил: «У меня есть жена и сын, я не могу рисковать твоей жизнью». Он твердил лет пять, я рыдала. У каждого из нас был свой пунктик, и мы не слышали друг друга. Я считала, что, если муж не хочет еще детей, значит, любовь прошла. А он боялся меня потерять и остаться с двумя детьми…

Раздражение и обида накапливались, мы ругались. И я уже начала думать о том, что так жить нельзя, что нам нет смысла оставаться вместе

. Но никак не могла начать разговор о разводе. Муж первым начал. Он не просто сформулировал свое «не хочу терять», а начал подробно, день за днем описывать свои чувства. Ему действительно было страшно оба раза — и за меня, и за ребенка, и за себя. Он боялся остаться один. Но, в отличие от меня, ему даже не с кем было поделиться своими страхами. Поскольку все риски были связаны со мной, то и основным охраняемым объектом была я. Он обо мне заботился, делал все для моего спасения, впитывал в себя мои слезы и переживания… А вернуть обратно их не мог: в нашей паре сильный он. И дальше передать не мог: от родственников и друзей мы скрывали медицинские подробности.

Все, что я пережила, выплеснула и готова была отважно повторить, он носил в себе годами. Я поняла, прониклась — и эту тему мы закрыли навсегда.

История Маши. Муж-абьюзер

Мы та самая семья, которая началась с внеплановой беременности. Будущий муж был в шоке. Но я сказала, что рожать буду в любом случае, он захотел быть порядочным человеком — и женился. Тем более, мы работали вместе — так что «уйти по‑тихому» у него шанса не было. Ребенок родился слабеньким, плохо ел, все время плакал и не спал. В общем, ужас в однокомнатной квартире! Мы постоянно ссорились. У обоих сильные характеры — нашла коса на камень. Но женщина после родов — в заведомо проигрышном положении.

Муж меня постепенно подавлял, внушая чувство вины и никчемности. Рассказывал, как ему трудно надрываться, чтобы заработать на квартиру побольше, как на работе меня никто не ждет — и ему так и придется всю жизнь нас с ребенком на себе тащить…

Когда сыну исполнилось три, я вышла из декрета — и поняла, что справлюсь с жизнью сама. Тогда мне впервые пришла в голову мысль о разводе. И муж предложил проработать проблему с психологами. Мы походили на терапию — стало полегче. Потом квартиру побольше купили, ребенку няню взяли. И все должно было наладиться… Но в какой-то момент я опять почувствовала себя виноватой: перед сыном — за то, что он «несадовский» и неконтактный, перед мужем — за то, что у него не складываются отношения с сыном, перед родителями мужа — за то, что проявляю к ним мало уважения, перед работодателем — за то, что все время на больничном.

У меня развилась астма. Я хотела поменять работу, мужа и сбежать в тайгу. Но вместо этого пошла к психологу. Я занималась с ним 3 месяца.

Психолог снял меня с ингаляторов и убедил не разводиться. Теперь я думаю, зря — надо было закрыть эту тему еще тогда.

В 6 лет у сына случился реактивный артрит, и мы попали в больницу. После нее ребенок просто озверел. Он бросался на нас, орал матом, плакал по ночам… Муж впал в запой. С тех пор такое с ним случается раз в год, в отпуске. То есть теперь у меня нет шанса даже отдохнуть полноценно. После очередного отпуска с запоем, я нашла юриста, мы подготовили заявление о разводе. Когда муж пришел в себя, я ему об этом сообщила. Он плакал, грозил, что покончит с собой…

Я сдалась. И у нас буквально начался медовый месяц: цветы, подарки, разговоры о любви, семейные посиделки, романтическое путешествие… А потом опять абьюз, чувство вины, отпуск с запоем.

В этом году я даже оплатила пошлину на развод. Прихожу домой, а муж весь такой нежный с цветами… Мы опять записались на терапию. Не то, чтобы я верила, что психологи нам помогут, просто мне уже не страшно: если что, теперь дойду до конца. И муж как будто понимает это, держит себя в руках.

История Иры. Муж не справился с ролью отца

Я в этой истории, вообще, третий персонаж. Несостоявшаяся любовница. Меня саму муж бросил, когда ребенку исполнилось два месяца. Малыш орал ночами, а папе же на работу утром — он страдал. Отсутствие горячих ужинов его тоже очень бесило: как так, я же целый день дома — могла бы и в магазин сбегать, и еду приготовить. Чем занималась — не понятно вообще! Муж стал приходить с работы заполночь («все равно дома не покормят!»), а потом и вовсе уехал к маме. На развод, однако, не подал: его и так все устраивало. Я сама подала — от злости и ради алиментов… Алиментов он, кстати, так и не платил — и я год барахталась, как могла, на случайных гонорарах.

А вот когда малыш начал ходить и (что гораздо важнее, спать по ночам), я решила заняться личной жизнью. У матери с годовалым ребенком вариантов для поиска немного — интернет да и все.

Там довольно быстро познакомилась с парнем, который вроде подходил мне по всем параметрам: ровесник, программист, непонятый романтик. Он собирался подавать на развод — и искал запасной аэродром. На первом свидании я вытащила из него исповедь о причинах развода… И поняла, что должна спасать семью! Его, не мою.

Все как под копирку: дочке полтора месяца, жена замкнута на ней, на работу не ходит, может днем поспать, а мужу, бедняжечке, вставать в шесть утра, домой придет — холодильник пустой… Я говорю: «Ты просто дико устал. Но жена устала еще больше — и ей, ей-богу, не до твоих капризов. И днем поспать она не может. И ужин тебе не может приготовить чисто физически…» В общем, вместо того чтобы стать любовницей, я стала психотерапевтом этому зайчику: рассказывала, что думает жена, когда он так себя ведет. И как должен себя вести идеальный муж-отец в подобной ситуации. Он мне рассказывал о своих страданиях, я ему — о том, как справлялась в одиночку, когда муж «устал».

На пятом свидании, знаете, что было? Я ему сказала: «Позвони жене, спроси, что ей привезти из еды?» И он позвонил и спросил.

Насколько я помню, она ответила: «Ничего». Но это потому, что не ожидала вопроса: когда привыкаешь барахтаться сама, любое проявление заботы со стороны мужчины кажется подвохом. Я посоветовала купить огурцов и зеленых яблок: все кормящие матери такое едят…

Мы встречались с молодым отцом пару месяцев. Потом перешли на телефонные консультации. Сначала он по инерции жаловался, потом начал хвастаться: у дочки зуб прорезался, садится начала, вставать, ходить… Правильный такой стал папаша. Хотел нас с сыном на день рождения дочки пригласить. «Только, — говорит, — легенда для жены: ты меня нанимала как программиста».

Я, конечно, отказалась: решила, дальше они справятся без меня. В следующий раз он позвонил через 5 лет! Они с женой устраивали дочку в студию бальных танцев, а туда проще было попасть готовым парам. Мой несостоявшийся любовник помнил, что у меня сын на год старше, и предложил присоединиться. Даже оплатить занятия обещал. Но мой мальчик к тому времени уже играл в футбол, и у него был новый папа.

Когда семьи начинают разговаривать

Олег Зобнин, психолог, мастер НЛП

При всем различии сюжетов эти истории похожи в главном: когда люди начинают разговаривать — напрямую или через посредников — повод для обид (и, соответственно, для разрыва отношений) отпадает. Каждая семья когда-нибудь переживает кризис, и он завершается либо разрывом, либо переходом на новый, более высокий уровень отношений. Чтобы осознать и пережить этот этап, каждый из партнеров должен:

  • Испытать дискомфорт на своем личном, необходимо-достаточном уровне (если один страдает, а другого все устраивает, система может долго сохранять стабильность).
  • Определить направление изменений. Решить, чего я, собственно, хочу: покоя, понимания, помощи, внимания, заботы и т. д.
  • Получить доступ к внешним источникам ресурсов и мобилизовать внутренние. Консультируя семейные пары, я сравниваю отношения с организмом. Коммуникация — это кровь. Если человек способен конструктивно общаться, то отношения будут развиваться. Аспект, о котором партнер умалчивает, — это тромб, нарушающий кровоснабжение важных систем и органов. Из-за него тело чахнет, но не умирает. Проблемы могут появиться там, где еще вчера всё было хорошо (например, как в одном из сюжетов, мужчина уходит в запой).

Проговаривать сокровенные боли совсем непросто. Некоторым удается найти ресурс внутри себя. Но большинству нужна помощь извне. Мудрая любовница — это, конечно, большая, но случайная удача. Психолог в этом плане надежнее.

Фото: Legion Media

Интересно…
Хотелось бы еще почитать, присылайте на почту.
Спасибо!
Мы отправили на ваш email письмо с подтверждением.
Добавить свой ответ

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, или .

Введите ваш текст