Девочкам никогда не становится легче. На наши плечи взвалено слишком многое

Фильм «Талли» вызвал бурную общественную дискуссию. Кажется, еще никогда мы не смотрели таких честных фильмов о материнстве
Ольга Карчевская
Девочкам никогда не становится легче. На наши плечи взвалено слишком многое

Такое — чтобы вышел фильм, и о нём написали более-менее все издания, причём не только в жанре кинокритики, но и колумнисты самых разных направленностей, — бывает нечасто. Фильм о постродовом выгорании «Талли» — такое кино. О нём говорят не только как о художественном вымысле, но и — куда больше — как об общественно-значимом явлении, как о долгожданном разговоре, вскрывающем давно зревший нарыв.

Общество уже готово говорить о том, что «декретный отпуск» — это не про отдых, а про тяжкий репродуктивный труд.

И про то, что в 2018 году от мужчин уже не ждут, что они будут «помогать жене с детьми», — от них вполне справедливо ждут, что мужчины будут разделять заботу о детях с женой на равных, потому что это и их дети тоже.

Отцовство — привилегия. Сегодня для того, чтобы быть достаточно хорошим мужем и отцом, уже недостаточно просто иногда брать с собой детей в гараж и на рыбалку и по вечерам спрашивать «ну чо, как в школе?». Теперь общественный консенсус о хорошем отцовстве таков: отцы ходят с женой на курсы подготовки к родам, включённо участвуют в процессе родов: делают массаж, успокаивают, держат за руку и целуют в лоб, а потом первыми берут ребёнка на руки и перерезают пуповину. Отцы встают к ребёнку по ночам хотя бы в половине случаев (и «ну мне же с утра на работу» больше не прокатывает — потому что ей тоже с утра на работу — без кофебрейков и перекуров, и в 19.00 эта работа не закончится, и ночью она тоже не закончится), тоже меняют подгузники и моют грязные жопки, тоже кормят с ложечки и потом вытирают всю кухню после кормления. Тоже гуляют со слингом или коляской. Тоже, тоже, тоже. И, если жена хочет выйти на работу, тоже берут декрет.

Мужчины не понимают, насколько тяжело многим женщинам приходится в декрете, по многим причинам.

Им не хватает эмпатии, а паре не хватает привычки всё проговаривать словами через рот. Мужская гендерная социализация. Замалчивание.

В «Талли» есть фраза, которая мне кажется ключевой: «Мальчики это перерастают, но она же девочка. Девочкам никогда не становится легче». Весь фильм о том, что на протяжении всей истории человечества на женские плечи взвалено слишком много.

Кадр из фильма
Кадр из фильма «Талли», реж. Джейсон Райтман, 2018 год

Людям не придёт в голову хвалить и умиляться, когда женщина ухаживает за своими детьми. Ни одному мужчине не скажут: «Ого, ты такой счастливец, твоя жена кормит и моет твоих детей! И даже гуляет с ними!». Но когда такое вдруг делает мужчина, его сразу представляют к государственной награде и его имя появляется на Аллее звёзд.

Многие мужчины, которые на фоне средней по больнице мужской родительской включенности выглядят гигантами ответственного отцовства, говорят своим женам «Ну чего тебе ещё надо, я и так делаю больше, чем большинство мужиков». И мало кто из жен имеет силы ответить им что-то вроде «Но дорогой, я не вышла замуж за большинство мужиков и не родила детей от большинства мужиков, я выбрала конкретно тебя, потому что мне показалось, что ты соответствуешь моей планке равноправного партнёрства». Вместо того, чтобы равняться на «большинство мужиков», лучше постараться сдвинуть общепринятую норму в сторону справедливого распределения ответственности за детей в паре. Потому что несправедливое распределение буквально — убивает.

Слишком много женщин погибают от того, что не справились с послеродовой депрессией, порой погибают, прихватывая с собой и детей.

В «Талли» няня говорит Марло, лежащей в больнице после падения с моста на машине: «Спасибо, что оставила меня в живых», и Марло ей отвечает «И тебе спасибо, что оставила меня в живых». И это не преувеличение, материнское выгорание испепеляет, и в результате погибнуть можно не только прибегнув к суициду, но и — заснув за рулём, или по причине рассеянности от недосыпа и смертельной усталости не сумев среагировать вовремя в какой-нибудь другой опасной ситуации. Или можно просто не иметь ресурса на то, чтобы достаточно хорошо заботиться о собственном здоровье и обращать внимания на тело, подающее сигналы бедствия.

Героиня Шарлиз Терон подарила многим затроганным мамам выражение «чувствую себя, будто я с мусорной баржи». В первые в истории человечество столкнулось с такой формой семейственности как нуклеарная семья. Раньше жили преимущественно «расширенной семьёй» — когда на подхвате всегда есть другие родственники, да и старшие дети присматривают за младшими. Как в африканской поговорке «для того, чтобы вырастить одного ребёнка, нужна целая деревня». Из этой поговорки у психолога, развивающего теорию привязанности, Гордона Ньюфелда родилось понятие «деревня привязанности» — чем больше людей, к которым ребёнок надежно привязан, то есть взрослых, на постоянной основе участвующих в жизни ребёнка, тем стабильнее чувствует себя ребёнок и тем легче его растить.

В городах большинство семей живёт парами — папа+ мама (или «однополыми парами» мама + бабушка), либо мама вообще живёт одна — что вовсе нередко.

Количество детей в семье резко сократилось, теперь родители трёх детей — уже «многодетные». Чаще всего у ребёнка главный напарник по играм не сиблинг или сосед во дворе (потому что теперь никто не отпускает детей во двор одних — и правильно), а мама. Хочет мама играть или нет — who cares (кого заботит). Стандарты ухода и воспитания постоянно растут: мало кто готов довольствоваться винникотовским званием «достаточно хорошей матери» — теперь нужно быть безупречной матерью. Матерью, которая способна и подписчиков в Инстаграме ежедневно радовать, и мужа — идеальной фигурой и полным пансионом, и чтобы ребёнок был непременно вундеркинд, а не то стыдновато.

Как быть в этой новой реальности, где большинство женщин буквально убивается на поле материнства до 3−4 лет ребёнка, на регулярной основе пренебрегая человеческим сном и потребностью в физической автономии и неприкосновенности, а также потребностью самостоятельно решать что делать в течение дня — никто пока не знает. Женщины терпят (ведь это часть женской гендерной социализации — терпи, тебе рожать), мужчины практикуют святую простоту — просто «не замечают», насколько их женам тяжело. Почти никто друг с другом об этом нормально не разговаривает. В конце концов большинство пар с детьми — разводятся. И хорошо ещё если расстаются друзьями.

Есть ли у этого положения вещей противоядия? Возможно ли сделать появление детей в семье не таким травматичным опытом для женщин?

Мне кажется, это в любом случае вряд ли будет легким опытом, но шаги на пути к облегчению таковы.

Мужчинам нужно понять, что не «они обеспечивают семью», а они имеют возможность ходить на работу и зарабатывать деньги только благодаря тому, что за их детьми присматривает жена — и считать её вклад в зарабатывание денег равным. Если бы вместо жены была няня с проживанием, домработница и повар — среднестатистической зарплаты просто не хватило бы на роскошь наблюдать, как растут твои дети.

Женщинам нужно перестать считать нормальным распределение бытовых и родительских обязанностей на «мужские» и «женские»: перестать по умолчанию мыть посуду за всеми, готовить в одиночку на всю семью, всех обстирывать и в целом обслуживать. Если мужчина никогда не берет на себя по собственной инициативе, без волшебных поджопников, часть быта и ухода за детьми, пусть хотя бы готовит и стирает себе сам.

Государству нужно предоставить обоим родителям доступ к декретному отпуску — чтобы хотя бы какое-то время за ребенком ухаживали двое взрослых, а не одна женщина.

Ну и, если государство постоянно подначивает женщин рожать как можно больше (нам нужны ваши рекорды!), то пусть оно тогда платит человеческие пособия.

  • Обществу стоит перестать требовать от матерей слишком многого.
  • Рожай побольше, потом сиди дома, не свети сиськами на людях, выгляди как супермодель после трёх родов (желательно — сразу после родов, ну в крайнем случае через месяц).
  • Детям нужно оставить детство — возможность просто играть, вместо плотного расписания кружков и секций. Уже давно говорят о вреде «раннего развития», а воз и ныне там — в мозгах родителей засела идея «после трёх уже поздно». Игра — вот источник развития детей.
  • Нужен институт доступной психологической помощи женщинам с маленькими детьми — это одна из самых незащищённых групп населения, при этом от матерей напрямую зависит то, каким будет общество в ближайшем будущем.

В общем, хороший фильм «Талли», жизненный, посмотрите если ещё не успели.

Интересно…
Хотелось бы еще почитать, присылайте на почту.
Спасибо!
Мы отправили на ваш email письмо с подтверждением.
Добавить свой ответ

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, или .

Введите ваш текст