«Кожа да кости»: как общество осуждает худых женщин

Колумнистка Екатерина Попова рассказывает, как общество издевается над худыми девушками и почему.
«Кожа да кости»: как общество осуждает худых женщин

На подиуме и в журналах — модели, похожие на мальчишек-подростков, в кино — стройные актрисы, в большинстве магазинов 48-й размер маркирован ярлыком XXL… Любые складки на женском теле клеймятся как недопустимое уродство, каждую выпуклость незамедлительно объявляют огромным брюхом или отвратительными ляжками. В паблике «40 КГ» — пять миллионов подписчиц, у страницы «Бодипозитив» не наберётся и ста тысяч. Казалось бы, в таком мире любая худая женщина будет счастлива. Однако на деле оказывается, что это не так.

Для любой женщины найдутся едкие комментарии по поводу внешности, и носящие XXS-одежду не стали исключением: мои подруги рассказали, кто и как издевается над ними за их сложение, которое, казалось бы, должно быть предметом зависти и восхищения как идеал современной эстетики.

«Не встанешь из-за стола, пока не доешь!»

Полных девочек сажают на диету: положи печенье, тебе нельзя! Худым детям достаётся оборотная сторона медали. Их заставляют есть, приправляя максимально жирные и калорийные продукты разнообразными страшилками: не вырастешь, заболеешь, не выйдешь замуж, не будешь иметь детей. Разумеется, в этом почти никогда нет злого умысла: родители боятся за судьбу дочери и искренне стараются сделать как лучше. Вот только эти попытки, как и большинство благих намерений, приводят женщину в маленький персональный ад — девушки вырастают, чувствуя себя ненормальными, больными, слабыми и некрасивыми.

«Всё мое детство врачи маму клевали: «Что вы делаете с ребенком, почему она у вас такая худая?! Ну и что, что плохо ест, а вы насильно кормите». Слава всем богам, до принудительного кормления не дошло».

«Я была очень худым ребёнком, и мне за это доставалось от родни, мимокрокодилов и врачей. Ещё больше доставалось маме, потому что окружающие считали, что она меня морит голодом. Особенно бабушка. Втихаря родственники кормили меня насильно, потому что «тощая и болезная, замуж никто не возьмёт». Кормили до рвоты. Некоторые продукты и блюда я начала есть только после тридцати — до этого был рвотный рефлекс даже от вида. Некоторые не ем до сих пор».

«Всегда была худой. Всё детство слушала по 30 раз на день: «Кушать хочешь? Хочешь кушать? Кушать? Может быть, кушать? А сейчас?» Ладно, давайте! «А что так мало?! А ну-ка, ешь ещё, сиди, глиста в скафандре, пока всё не съешь, из-за стола не выйдешь!» Собственно, глиста в скафандре, жопа, как две пачки махорки, а что синюшная такая, ноги-спички, доска, анекдоты про то, что я могу за шваброй спрятаться, советы жрать капусту, а то сиськи не вырастут, и всё в таком духе — мой фон лет с 8−9″.

«В детстве меня откармливали месивом, записывайте рецепт: сливочное масло, сало, курдючный жир, ванилин, молочный шоколад, мед и что-то ещё сладко-высококалорийное. Это надо было есть четыре раза в день, после еды и перед сном, намазывая толстым слоем на какую-нибудь плюшку или, в крайнем случае, на кусок белого хлеба. Запивать теплым молоком со сливочным маслом и медом».

«Я сама была и есть среднего телосложения, но выскажусь как мама худых детей. Регулярно слышу шуточки, что я мальчишек не кормлю. А старший весит уже 50 кг (было меньше) при росте 178, и у него в карточке написано: «Недостаточность питания I степени». А ест он раза в два, а то и три больше меня».

«Глиста в скафандре!»

Твигги, весящая 40 килограммов, стала иконой мира моды ещё в 1966 году, однако это не избавило худых женщин от издевательств, как сейчас появление Тесс Холлидей не облегчает жизнь полным женщинам. Насмешки начинаются в детстве: глиста в скафандре, доска — два соска, скелетина, жертва Бухенвальда, Кощей. Подрастая, девушка узнаёт, что «мужики не собаки, на кости не бросаются» и «лучше качаться на волнах, чем разбиться о скалы»: немногочисленные комплименты полным женщинам делают, унижая худых. Как и остальным женщинам, худым советуют не обращать внимания, а то и радоваться издёвкам: это всё от зависти, дорогая, так что гордитесь, что вас оскорбляют!

«Всё детство слышала, что слишком худая. Городская семья первого поколения, идеалы — крестьянские. «Мешок костей и кружка крови». В подростковом возрасте: «Сисек нет и жопа с кулачок», — это родня, если что, так шутила».

«30 лет — худая при отличном аппетите. В младенчестве летом мама надевала на меня две пары колготок, потому что было стыдно, что у других дети пухлые, а у неё — нет. Отец с детства называл глистой в скафандре, дрищом, дистрофиком, ну и еще куча прелестных эпитетов. Все вокруг, начиная с моего подросткового возраста, говорили: «Ешь, иначе не родишь». Каждый, кому не лень, говорил: «Кожа и кости»».

«В детском саду и в начальной школе моей лучшей подругой была очень-очень худенькая девочка. Мы постоянно играли то у неё дома, то у меня, наши мамы дружили. Очень отчётливо помню, что мой отец постоянно говорил ей: Оксана, у тебя руки тоньше, чем мои удочки! Или: тебя ж из-за черенка лопаты не видно!»

«С начальной школы и до сих пор (окружение-то я сменила, а вот уличные выкрики вслед сменить нельзя): скелет, доска, селёдка. Ты что, ничего не ешь? Бухенвальд, сколько можно сидеть на диетах! (Никогда не сидела.) Грудь есть? А почему не носишь? Ни задницы, ни сисек, что за баба? Мне это говорили врачи, учителя в школе, одноклассники, знакомые, незнакомые, друзья семьи. Лет с восьми и до 25 практически каждый день что-то подобное слышала в свой адрес».

«Я росла в Ставрополе, городе на возвышенности и с сильнейшими ветрами, поэтому всё детство и юность меня постоянно спрашивали: «Девочка, а тебя ветром не сдует?» Думали, что такую оригинальную шутку придумали, никто же никогда мне этого не говорил».

«Про кости, на которые не бросаются, злость худых, стыдную дырку между ног, глисту и стиральную доску — это классика, слышала постоянно от всех подряд, знакомых и незнакомых. По сути, это всегда первое, что я слышала при встрече с новыми людьми: какую-то из банальных шуточек про худобу».

«У тебя что, туберкулёз?»

Пока полным людям рассказывают, что все их проблемы от лишнего веса, у худых по умолчанию предполагают анамнез из самых разных болезней: туберкулёз, гепатит, ВИЧ, анорексия и, конечно же, наличие глистов, — ведь не может быть женщина тощей просто так, наверняка она нездорова. К шеймингу часто присоединяются врачи: вы не сможете родить, почки бессмысленно лечить при таком весе, вы будете болеть, пока не наберёте хотя бы 10 килограммов.

«Врачи обещали обмороки и выискивали низкий гемоглобин, хотя я была здорова как лошадь, ходила на соревнования по спринтерскому бегу и шахматам. Ах да, всё детство вплоть лет до 16 меня лечили от глистов».

«Обзывали наркоманкой и придирчиво рассматривали руки, нет ли следов, потому что нормальная баба не может быть такой худой»

«Поскольку я не только худенькая, а ещё и очень светлокожая и не загораю на солнце, про меня в новой школе кто-то пустил слух, что у меня туберкулёз. И со мной боялись первое время общаться. Хорошо, что этот вопрос быстро прояснился».

«Один раз заставили выйти из рейсового междугородного автобуса и досматривали багаж. Когда спросила, а что, собственно, происходит, заставили закатать рукава и показать вены: «Ты что такая худая?» Маман один раз, приехав ко мне в отпуск, заботливо поинтересовалась: «Ты что так похудела? У тебя туберкулёз, что ли?»»

«Врачи рекомендовали есть сало, увеличивать подкожную жировую прослойку, чтобы менструации не были такими болезненными (позже для той же цели рекомендовали беременность, не помогло)».

«Просто фоном всю жизнь (кроме последних двух лет) от большинства людей старше, особенно родни: ты вообще не ешь? ты больна? почему такая худенькая? неудивительно, что ты мерзнешь и болеешь! Иной раз и от врачей похожее: «Голова кружится? А что вы хотите при вашем весе?! Надо нормально питаться»».

«На моей первой свадьбе какая-то многоюродная тётка жениха сказала за моей спиной во всеуслышание: «А что это невеста такая худая, она болеет чем?»»

«Бросайте свою диету!»

Тарелка худой женщины находится под неусыпным контролем: окружающие не преминут заглянуть в неё и рассказать, что именно там должно находиться и в каких количествах. Если там салат, то девушке тут же сообщат, что она совсем помешалась на похудении и надо немедленно съесть хотя бы три гамбургера (которые в некоторых случаях тут же попытаются женщине скормить). Однако брать что-то калорийное тоже нельзя: сразу последуют разговоры про ведьм, которые «жрут и не толстеют». Обижаться на их нельзя: это же комплимент!

«Люди уверены, что моя тощая фигура — результат диет и ограничений в еде. А учитывая, что в еде я действительно очень разборчива и, в общем-то, малоежка, переубедить окружающих во время совместных застолий, что я не буду вот это, потому, что не хочу, а не потому, что худею, и вообще я уже наелась, весьма затруднительно».

«Я ем что хочу, занимаюсь спортом, и у меня отличный метаболизм. Вы даже не представляете, сколько порций моей еды было прокомментировано: «Глисты у тебя, что ли?», «Не в коня корм», «А ты сейчас блевать пойдешь, как все анорексички?», «А этот бургер в тебя влезет?», «Смотри, чтобы тебя не порвало, как хомячка, бургер большой, а ты маленькая». Я не люблю сладкое, не люблю конкретное блюдо или просто не хочу есть: «Да ладно тебе, потом сблюешь, а пока удовольствие получай», «Да хватит тебе на диетах сидеть, ты и так тощая», «Иногда и поесть можно»».

«Сокурсники и коллеги на совместных обедах постоянно докапывались, что мало ем и надо больше. Я и правда мало ела — за раз много не могу».

«Одно время я сильно болела и не могла есть совершенно, меня рвало, падала от слабости, от недоедания, а мать насмотрелась каких-то передач и считала, что я специально не ем и вызываю рвоту, и страшно на меня орала».

«"Кто ест и не толстеет — ведьма!» — это не прямо в мой адрес было сказано, но глядя на меня в упор, на минуточку, на групповой терапии».

Эти 20 с лишним историй — лишь одна десятая тех, которые мне прислали. Когда я попросила френдесс рассказать, с чем они сталкивались из-за своей худобы, комментарии сыпались сотнями. Писали о разном и в то же время одинаковом: родственники угрожали, что будут подливать мне в еду средство для аппетита; на первом свидании мужчина сказал, что я должна вставить силиконовую грудь, иначе ничего не получится; врачи говорили, что не могут меня лечить, пока я не поправлюсь; ни одно застолье не проходит без попыток запихнуть в меня кусок торта; я даже не могу пожаловаться, что не люблю своё тело, ведь я худая, и многие об этом мечтают.

Внешность женщины, какой бы она ни была, никогда не будет хороша. Толстым предписывается худеть. Худым — обзавестись «аппетитными» выпуклостями и рельефом. Мускулистым велят быть гладкими, а то «фу, как мужик». Имя легиону этих требований — бодишейминг. Тело женщины всегда будет названо плохим, негодным, и тех, кто с пеной у рта часами доказывает девушкам, что они некрасивы, тоже легион. Остановить их невозможно! Остается только помнить, что всё это ложь, цель которой — унизить, «сбить спесь», «вернуть на землю», заставить жить не целями и мечтами, а бесконечной погоней за несуществующим идеалом.

И единственный способ противостоять этому — не верить ни единому слову. И никогда не произносить ни одного из них в адрес других женщин.

Источник

Интересно…
Хотелось бы еще почитать, присылайте на почту.
Спасибо!
Мы отправили на ваш email письмо с подтверждением.
Добавить свой ответ

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, или .

Введите ваш текст