«Когда предают, ты как воздушный шарик, который проткнули». Прощать ли измену?

«Когда тебя предали это все равно что руки сломали. Простить можно, а вот обнять уже не получится» говорил Лев Толстой. Писателльница, блогер Ольга Савельева рассказывает историю измены.
Мария Васильева

Моя знакомая Лена на грани развода. Ее мужчина её предал. Изменил. Точнее хотел изменить, но не успел. Она вошла в момент, когда… когда… хм… когда еще поезд не въехал в туннель, хотя нёсся на всех парах.

Она переживает. Говорит, что любит мужа, и не хочет развода. Тем более нет повода. Он же не изменил.

Я молчу. Иногда молчать — это более эффективная поддержка, чем говорить.

Измена — она в голове. Это проникновение мыслей о другой женщине в его голову, а не проникновение его гениталий в её голову. Если глядя на кофточку секретарши, он думает, как бы её расстегнуть и бултыхнуться в заманчивые выпуклости, а не «моей жене тоже пойдет этот цвет», считайте, измена уже состоялась.

Но Лена не хочет этого слышать. Она считает, что не случайно успела в последний момент все предотвратить, потому что теперь точка не возвращения не пройдена, и можно все простить, или даже просто сделать вид, будто ничего не было.

Я молчу.

- Ненавижу, когда ты молчишь, Савельева, — говорит Лена. - Я не знаю, что сказать. - Ненавижу, когда ты врёшь. Ты всегда знаешь, что сказать. - Лен, у меня есть мнение, конечно, по этому вопросу. Но оно моё, оно очень субъективно. - Я знаю твое мнение. Уважай себя, люби себя, вот это всё, да? Нельзя прощать измены, да? — спрашивает она виноватым голосом. Совершенно очевидно, что она готова простить. - Кто сказал, что нельзя? - Ты. - Я молчала. - Вот именно. Ты очень громко молчишь о том, о чем все говорят. - Все очень категоричны. Нигде не написано, можно или нельзя. Есть только хочешь или не хочешь. - Я хочу простить. - Значит, прости. - Ты меня осуждаешь? - Я? Тебя? Боже упаси. - Но ты бы не простила.

— Лен, я понятия не имею, простила бы я или нет. Это зависит от миллиона обстоятельств. Я просто не была в этом никогда, и не знаю, как себя чувствуешь, когда…

- Когда тебя предали? - Когда тот, кого ты любишь, совершил ошибку, и тебе больно. - Классная формулировка. Деликатная. Так вот, когда тебя предали, Оля, ты себя чувствуешь, как будто ты воздушный шарик, который проткнули. И из него выходит воздух. И заткнуть дырку может только он. - Какая феерическая пошлость.

Лена смеется чужим каким-то смехом, от которого становится жутковато.

- Я вот уже три дня живу у мамы. И вспоминаю о нем только самое хорошее. Мне вообще кажется, что он идеальный. И я ему что-то недодала. - Ты сейчас договоришься до того, что извинишься перед ним за его измену, Лен. - Мне кажется, я тряпка. - Ты не тряпка. Но на самом деле, это и правда самое сложное в измене. Простить-то ладно, это ррраз — и простил, а вот не потерять себя, смирившись с тем, что ты не одна у него, и не расплескать уважение к самой себе — вот это сложно. - Оль, а вдруг он и правда ошибся. Ну просто… Она же тоже… Соблазняла. Чулки, каблуки. А он же живой, нормальный мужик.

— Лен, давай только оправданий ему искать не будем. Он и правда живой, и мог совершить ошибку. Но теперь он должен ее исправить. Не надо делать это за него. Есть такое слово — ответственность.

- Знаешь, о чем я думаю? - О чём? - О том, что пока я тут ломаюсь, он возьмет и позвонит ей. И она ломаться не будет. - Ну и зачем он тебе тогда? Чтобы он выходил за хлебом, а ты прилипала к окну, как бы он там, в очереди, кого не подцепил? Лен, в измене главная потеря — это потеря доверия. Вот как теперь ему доверять? Это же такая бессознательная история, нельзя же себе приказать: все, забыли, проехали. Она же, баба эта, теперь в голове у тебя жить будет. Собирательный такой образ женщины. - Уже живет. Я все время представляю, как у них бы все было, не войди я… - К специалисту надо, Лен. Это больно очень. - Мне хочется, чтобы он плакал и клялся, что больше никогда… - А он?

— А он спрашивает, когда я приеду. Будет примиряющий секс. А завтра все как раньше. Что делать, Оль?

- Лена, милая, пожалуйста, ищи ответы внутри. Не во вне. Не у мамы, не у подруги, не у психолога. Только внутри. - Ты меня не осудишь, точно? Мне кажется, ты уважать меня не будешь…

- Чушь какая несусветная. За что это я должна тебя не уважать? За то, что ты не оправдала моих ожиданий? Я то тебе Леонардо Ди Каприо намечтала, а ты вон кобелей прощаешь? Лен, уймись. Ты никому ничего не должна, кроме себя. Себе ты должна. Быть счастливой. Вот и будь. Разберись, что именно сейчас сделает тебя счастливой, и то и делай. Прощай. Или не прощай. Кому вообще какое дело.

— Знаешь, когда мне было лет 16, и у меня случались мальчики, то вот когда они меня обижали, я плакала, а потом скучала, и решалась простить. Ну так вот, я себе обещала, что прощу, вернусь к нему, все у нас будет хорошо, он расслабится и тут я нннна — и брошу его так, как он меня. Отомщу.

- Лена, все так делали. Мы же девочки. - Но я никогда этого не делала. Я возвращалась и опять все хорошо. - А никто не делал. Мы же девочки …

Мы смеемся. Лена собирается ехать к мужу.

- Напиши пост. Напиши эту ситуацию. Мне интересно, что твои читатели скажут. - Все разное скажут. Ты что хочешь услышать? Благословение на прощение измен? - Измены не было, — твердо говорит Лена.

А, ну да. Я молчу. Молчание знак согласия.

Источник: Ольга Савельева/Фейсбук

Понравилась статья?
Узнавайте первыми о новостях звезд, лайфхаках и классных рецептах!
Спасибо!
Мы отправили на ваш email письмо с подтверждением.
Добавить свой ответ

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, или .

Введите ваш текст