Декабрь 2016
Новый номер
В продаже
с 16 ноября!

Ирина Муромцева: жизнь в кадре и за кадром

Ведущая программы «Доброе утро, Россия!» на канале «Россия 1» рассказала о карьере, семейных традициях, успехах дочери.

 ДО: Ирина, стать телеведущей было вашей мечтой с детства? Или все получилось случайно…
ИМ: Скорее, стечение обстоятельств. На самом деле моей мечтой было поступить во ВГИК. Но мама не отпускала меня в Москву (мы жили в Брянске), боялась. И тут моя подруга засобиралась поступать в Воронежский университет. Оказалось, что в Воронеже у моих родителей есть друзья, так что переезд туда одобрили. В Воронеже я поступила на журфак. А отучившись полгода, перевелась на заочное и уехала в Москву. Родители узнали об этом, уже когда я была в столице. Недолго поработала на радио, а в 1999-м пришла на НТВ.

ДО: Вы помните свой первый день на телевидении? Каким он был?
ИМ: Да, помню – ужасно волновалась. Я пришла корреспондентом в программу «Сегоднячко», и мне сразу дали задание. Ужасно переживала, что не справлюсь, смотрела сюжеты других корреспондентов, советовалась со знакомыми журналистами.

ДО: А почему именно на НТВ?
ИМ: Мне нравился этот канал. То было старое НТВ, на котором работали такие легенды, как Сорокина, Парфенов, Киселев, Миткова. Руководил им тогда Добродеев. Правда, я хотела работать в основных новостных выпусках, но, так как у меня было мало опыта, просто не посмела претендовать. А «Сегоднячко» – так или иначе тоже информационная программа, но с более легкой тематикой. Начала с этого. А позже все- таки оказалась в информационной службе – в программе «Герой дня». А потом, когда вышла из декрета, уже и в новостях. И это, я считаю, правильный путь. Все стадии нужно было пройти от начала до конца: побыть корреспондентом, стать редактором, потом – продюсером. Прочувствовать, что это такое, как все устроено, как это работает. Мне нравится это ощущение – профессионала.

ДО: Вы ушли в декрет в разгар карьеры, не страшно было?
ИМ: Наоборот, я даже подумала, что все удачно сложилось. Это было время развала НТВ. Менялось руководство, уходили корреспонденты, редакторский состав сидел в каких- то студиях и обсуждал происходящее… Не прекращались выяснения отношений и скандалы. Но я уже смотрела на все это с экрана телевизора, сидя дома. Это была непростая, конечно, ситуация. Разваливался один из лучших каналов, и было непонятно, что потом появится на его руинах, какое будет продолжение.

ДО: И все же вы вернулись на ТВ…
ИМ: Я вышла через полтора года. Тогда НТВ еще в какой-то мере оставалось прежним. Главным редактором информационных программ была Миткова, продюсером – Парфенов. Появилась программа «Страна и мир», в которой я впоследствии и работала. Поначалу было интересно, как очередной виток в карьере. Я – выпускающий редактор, я – продюсер сюжетов. А в какой-то момент осознала, что уже достигла своего по- толка и нужно пробовать что-то еще.

ДО: Чего именно захотелось?
ИМ: Когда я снимала сюжеты, то жутко стеснялась камеры и, находясь в кадре, зажималась. Поэтому подумала: надо от этого избавляться. Как? Самой оказаться в кадре! Записалась в школу телевидения Останкино, много занималась В это время появился канал «Вести 24». Решилась на кастинг. Вдруг мне предложили работу в информационной службе самих «Вестей», на канале «Россия 1» (тогда – РТР). Вела новости, которые выходят на Дальний Восток. У меня сохранились кассеты первых эфиров – так все смешно и мило… А позже возникло предложение от «Доброго утра!». Утренние программы не предполагают жестких рамок, можно импровизировать, шутить. Сказала: да!


ДО: Что оказалось самым сложным в работе телеведущей?
ИМ: Когда ты в кадре, то большую часть информации читаешь с суфлера. И у меня первое время был страшный сон: я в эфире, а текст пропадает с экрана и я не знаю, о чем говорить. Но, мне кажется, такие сны снятся большинству новичков. (Смеется.)

ДО: Есть ли у вас кумиры, на кого вы равняетесь?
ИМ: Светлана Сорокина. Мы не работали вместе, но мы работали рядом, и я видела, как и что она делала, для меня она – эталон журналистики. А если говорить об иностранных ведущих, то, безусловно, Опра Уинфри. Она умудряется лавировать между желтизной и объективной информацией – редкий талант.

ДО: Чем, на ваш взгляд, отличается наше ТВ от иностранного?
ИМ: Я бы не делала четких отличий. Конечно, американские программы и ведущие более раскованны и свободны. Но, в целом, все похоже. Другой вопрос, как мне кажется, помельчали темы. Возможно, это связано с тем, что в век потребления людей волнуют больше житейские драмы, чем более глубокие истории. Но ведь содержание эфиров в большей степени зависит от аудитории, а не от производителей программ. Телевидение – это отражение зрителя. И если то, что есть сейчас, пользуется успехом, значит, требования зрителя не очень высоки… Да, программы зависят от рейтингов. Но я все время фантазирую: как было бы здорово, если бы на какое-то время телеканалы остановили гонку за рейтингами. И попробовали отучить людей смотреть поверхностное, глупое и, главное, жестокое ТВ. Но это должно быть совместное решение каналов: потерпеть без рейтингов, отказавшись от маргинальных ток-шоу и подобного. Со временем изменились бы и вкусы зрителей.

ДО: Идеальная картинка ТВ… Возвращаясь же к реальности: как вам удается разделять две важные сферы жизни – работа и семья?
ИМ: В мегаполисе динамичный ритм жизни: все при деле, все заняты. Дети – в школе, потом в кружках, родители – в офисах. Но, для того чтобы сохранялось ощущение семьи и не терялась теплота, нужно вводить в графики такие дни, в которых все время принадлежало бы только близким. Никаких дел – только общение друг с другом! И у нас такая привычка есть. Мой отпуск не может быть посвящен ничему другому, кроме как семье. Упущенное предложение по работе не будет для меня трагедией, семья для меня важнее. Мне важно видеть, как растет моя дочь, знать, чем живут родные.

ДО: В рабочее время близкие могут вам звонить, писать СМС?
ИМ: Конечно. Для меня семья всегда на первом месте. Сейчас я думаю о втором ребенке. С одной стороны, немного страшно, думаешь: как ты сойдешь с наезженной колеи, вдруг что-то упустишь? Но, с другой, глядя на других взрослых и успешных женщин, отказавшихся ради карьеры от семейного очага, я понимаю, что их существование ими самими никак не определяется. Работа – не есть цель. Да, я не смогу долго без работы и, если снова уйду в декрет, обязательно буду параллельно заниматься чем-то. Я научилась распределять свое время так, чтобы его на все хватало: и на карьеру, и на близких.

ДО: Сейчас вашего времени хватает еще на продюсирование проекта «Мультконцерт «Путешествие в страну мультфильмов»…
ИМ: Когда друзья предложили поучаствовать в создании концерта ко дню 100-летия российской анимации как продюсеру, сразу согласилась! Потом, конечно, прочувствовала всю сложность такого масштабного проекта. Мы с трудом нашли спонсора, были проблемы с площадкой. Но в период трудностей во мне проснулся азарт: сделаю, доведу.

ДО: Но ведь не только ради преодоления себя вы в этом проекте?
ИМ: Я искренне люблю наши мультики. Но сейчас наша мультипликация находится в «загоне». Хочется привлечь к этой ситуации внимание общественности. Сегодня существует много разрозненных студий, а ведь когда-то у нас было огромное производство – «Союзмультфильм»! Какого уровня и качества были те мультфильмы! Ну почему наши дети должны смотреть американские истории? У них должно быть что-то свое и такое же трогательное, какое было у нас. Которое бы воспитывало с детства и без лишнего морализаторства прививало хорошие качества. Меня как маму это не может не волновать.

ДО: Вы, и правда, искренне увлечены этой темой!
ИМ: Еще год назад не могла подумать, что буду как-то связана с мультфильмами, а сейчас настолько погрузилась в эту историю, что, думаю, и дальше ее не оставлю. Даже решила сделать фильм к 100-летию нашей анимации. Мне бы очень хотелось помочь нашим талантливым мультипликаторам. Вы даже не представляете, как у нас их много, какие они одаренные! И зачастую они работают не за деньги, а за идею… Мы однажды побывали с дочкой в анимационной студии. И она тоже «заболела». Теперь создание мультфильмов – ее любимое хобби: постоянно что-то рисует, лепит, даже попросила установить на компьютере специальную программу и купить штатив. И я подумала: если бы существовало больше таких студий, в которых могли заниматься и дети, и взрослые, было бы здорово для всех.

ДО: Дочка Люба всерьез увлеклась мультипликацией? Неужели не мечтает пойти по вашим стопам, стать телеведущей?
ИМ: Пока не вижу у нее журналистских наклонностей. Любаша, безусловно, творческая девочка. Но пока в поиске. Сегодня увлекается одним, завтра – другим. Она ведь ребенок, ей всего 11! Иногда пишет рассказы и стихи. А недавно поставила спектакль для школьного праздника. Сама написала сценарий, набрала актеров, придумала декорации. Когда я все это увидела, меня переполнили такие эмоции и гордость.

ДО: А она гордится мамой?
ИМ: Ребенок должен гордиться, что его родителям удалось себя реализовать в профессии, а не просто тем, что они узнаваемы, популярны. Иногда мы идем с дочкой по улице, ко мне подходят люди со словами: «Спасибо за вашу программу», – дочка на это улыбается: «Тебя похвалили!» Она не хвастается тем, что мама знаменита, а радуется, что у мамы все получается. К тому же я не делаю фетиш из своей персоны. Не призываю смотреть мои передачи или читать интервью со мной.

ДО: Когда вы с Любой дома, что любите поделать?
ИМ: Часто смотрим мультики. Честно! Выбираем что-то из нашей коллекции и уютно устраиваемся перед экраном.

ДО: Ирина, а что интересного ждет зрителей «Мультконцерта»?
ИМ: Мы готовим большую программу, полную сюрпризов. Например, песни из легендарных мультфильмов исполнят известные музыканты, актеры театра, кино и эстрады. Всех, кто любит мультики, приглашаю 28 октября в Государственный Кремлевский дворец.
ФОТО: ВАНЯ БЕРЕЗКИН СТИЛЬ: JULIA TRUSHLYA МАКИЯЖ: НАДЕЖДА КНЯЗЕВА НА ИРИНЕ: БЛУЗКА И ЮБКА DOROTHEE SCHUMACHER ИНТЕРВЬЮ: ЕКАТЕРИНА БАБКОВА Опубликовано: Домашний Очаг — Октябрь 2012 Дата: 21 сентября 2012
Нажми «Нравится» и читай нас в Фейсбуке
Оцените материал
Ирина Муромцева: жизнь в кадре и за кадром 4.6 1 5 12
12
Читайте также
Новости партнеров
Cобытия и новинки
Показать ещё