Декабрь 2016
Новый номер
В продаже
с 16 ноября!

Если мужчина – маменькин сынок

Все больше женщин обвиняют сильный пол в инфантилизме. Почему так происходит - объясняет психолог .

НАДЕЖДА И ОПОРА?

Инфантильный, зависимый от матери мужчина далек от женского представления об ответственном и сильном партнере, о главе семьи. Существует весьма жесткий критерий «настоящего мужчины». Он должен быть сильным, смелым, умным, волевым, надежным, независимым, стойким… Защитником и добытчиком. Почему же современный мужчина подчас так далек от красивого образа? Что делает его носителем столь неподходящего звания – инфантил, эмоционально зависимый от матери?                                                                                                                                                                 Для меня тема отношений матери и сына не выглядит сладко и невинно. В них скрыт целый спектр как личностных, так и семейных проблем.  

Мой взгляд на эту проблему – из  кресла психолога. Сегодня отношения с матерью – одна из  самых актуальных и сложных  проблем в жизни мужчины.  Именно мать не отпускает от 
 себя сына, она тормозит его  взросление и самостоятельность, задерживая около  себя из-за страхов, идеализированного представления о материнстве и чувстве долга. 

 Если взглянуть на проблему не глазами матери, а глазами повзрослевшего «дитя»,  мы столкнемся с большим разбросом чувств, часто подавляемых,  невысказанных, стыдных. Редко  кто осмелится произнести в 30–40  лет: «Я боюсь своей матери» или «Я  полностью от нее эмоционально завишу». Или уж совсем крамольное:  «Я ненавижу свою мать. Она разрушила мою жизнь». 

«Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ, МАМА!» 

 Эти сильные чувства прорываются  только в минуты отчаяния. Очевидно, именно в такой момент писал  мне письмо Николай: «Помогите,  у меня больше нет сил воевать, доказывать, убеждать. Мне страшно  это произнести, но я почти ненавижу свою мать. Она контролирует  каждый мой шаг, каждое действие.  А мне ведь уже 43! Требует, чтобы  я звонил ей с работы 4–5 раз в день.  Если не позвоню, выясняется, что у  нее был сердечный приступ. 
 Я обращался к психологу. После  нескольких встреч мне стало легче, я перестал испытывать чувство  вины за то, что плохой сын. Стал  реже ей звонить, постарался не реагировать на упреки и брань. Но она  начала писать мне письма. Главная  тема – как я буду раскаиваться в своем хамском поведение, когда ее не  станет. Письма приходят два раза в  неделю. Психолог посоветовал мне  их сжигать, не читая, и отправить  ей пепел. А мне страшно…» 
 Что происходит между матерью  и сыном? Она бьет по его чувствам,  пугая своей смертью, навязывая ему  ответственность за ее благополучие,  утверждает свою полную власть над  ним. А сын чувствует себя сломленным, у него нет сил сопротивляться  материнским манипуляциям, ведь  такой стиль отношений возник не  вчера, а длится с самого детства. 

 Совет психолога был верным, хоть  и экстравагантным. Сожженные  письма предназначены не матери,  загнавшей сына в невроз, а самому Николаю. Символическое действие  может сильно повлиять на его состояние и, наконец, разорвать «пуповину». При этом его отношения  с матерью после «короткого замыкания» имеют шанс войти в норму,  стать теплыми и дружественными. 

ДВА МИРА 

 Мужчина живет в женском пространстве, так же как и женщина – в  мужском. И неизвестно, чье «государство» больше. Да, в политике и  бизнесе мужчины пока удерживают  первенство. Хотя и принято считать, что женщины живут в мире, где правят мужчины. Однако, до того момента, когда мальчик превратится в мужчину, он будет полностью находиться в руках женщины. 
 И в первую очередь, это руки матери. Мать является для сына и первой женщиной, и первым воспитателем. Дальше – больше. В детском саду, в школе – всюду женщины! Направляющие, поддерживающие, 
 урезонивающие… разные. И все они видят перед собой мальчика, которого нужно воспитать мужчиной. И каждая точно знает, как. 
 Сейчас может показаться диким, но я хорошо помню, как нас, первоклашек, убеждали и в школе, и дома, что первая учительница – это вторая мама. Второго папы для первоклашек в школе не нашлось… 
 Материнство! Казалось бы, о чем здесь говорить, все ясно! Но почему-то в психотерапии отношения матери и сына, так же как матери и дочери, считаются самыми трудными и плохо поддающимися коррекции. 
 Когда все «ясно и чисто», то это скорее всего идеализированное представление о том, как должно быть. Взгляд со стороны, чем-то напоминающий публичное мнение первой учительницы или христи- 
 анского проповедника. А когда все запутано и заштамповано, приправлено горечью и обидами, то это взгляд из закулисья живой жизни. Этот взгляд лишен не только идеалистического флера, но подчас и 
 надежды. Мифы об идеале плохо уживаются с реальностью, они лишь добавляют трагизма в переживания, подчеркивают недостижимость совершенства. И непонятно, то ли миф формирует долженствование, то ли реальность грустит о невозможном. 

 Говорить о матери и материнстве принято только как о высоком поприще женщины, вершине ее женской судьбы, ее великой жертве. 

О СТРАННОСТЯХ ЛЮБВИ 

 Святая материнская любовь – это почти идиоматическое выражение. Любовь – дело святое, независимо оттого, кто и к кому ее испытывает. На любви мир стоит. Но почему-то только материнская любовь идет всегда с предикатом «святая и великая»? В литературе, кино, театре, во всех средствах массовой информации мы легко найдем сотни историй, описывающих страдания ребенка, лишенного материнской любви. Сиротство трагично по своей сути и вызывает сострадание и жалость. Все это так. Но вы не встретите ни одной истории о страданиях взрослых детей, придушенных и полностью поглощенных матерью. Вы нигде не услышите рассказа об изломанной судьбе сына, судьбе самой матери, о разрушенной семье из-за жертвенной и всепоглощающей материнской любви. 
 А таких историй – тьма! Но они спрятаны за витриной благополучия, в которой выставлены на всеобщее обозрение знаки уважения, заботы, почитания и жертвенности. И мир восхищенно замирает: вот 
 она, настоящая, святая любовь матери к сыну и сына к матери. Но снимем шляпы, господа, чтобы они не мешали заглянуть за витрину! Там 
разыгрываются настоящие драмы.
 А как иначе назвать ситуацию семейной пары, где мама спокойно входит в ванную комнату, когда в ней моется ее сын, взрослый мужчина, отец двоих детей? 
 Или вот женщина, сорока пяти лет, которая развелась с мужем, чтобы жить с любимой мамой – единственным понимающим ее человеком. А мама очень быстро взяла 
 на себя роль мужа и финансового распорядителя семьи, выдавая дочке деньги на проезд и на колготки. Более того, потихоньку перебралась спать в бывшую супружескую постель, чтобы поболтать на ночь! 
 Или вот еще одна мама, которая спала с сыном в одной постели до  его 16 лет, пока у парня не начались  серьезные психологические проблемы, и понадобилось обращение к  психологу? И это не единичные случаи извращенных чувств, которые  я выудила из собственной многолетней психологической практики. При этом и любовь мамы, и любовь  к маме со стороны выглядят столь  

симпатично и трогательно, что, не зная подробностей, поэму сложить  захочется! Ну что ж, вот и сюжет.  

ПРОБЛЕМА – В МАМЕ  

  Когда Глеб появился у меня в кабинете впервые, я подумала, что у  него проблемы с женщинами. Вернее, у них с ним! Уверенный в себе,  подтянутый, с хорошими манерами,  безупречно одетый мужчина 38 лет.  Я оказалась права наполовину. Проблемы касались женщин, но только  не многих, а одной – его мамы.  
  Ко мне на прием пришел не мужчина, а «смысл маминой жизни».  Именно так сформулировал Глеб  свое самоощущение. «Меня как будто нет. Я не знаю, где мои желания, а  где – мамины. Всю жизнь стараюсь  оправдать ее надежды, и у меня ничего не получается».  
  Глеба мама воспитывала одна. Когда отец ушел из семьи, ей было  32 года. Глебу – 8. Тогда мама и решила, что единственный смысл ее  жизни – сын. Других мужчин в ее  жизни больше не было. Поднимала  она его одна, было непросто. Но она  очень гордилась, что сын отлично  учится, помогает ей по дому, трепетно относится к ее настроению.  А оно имело тенденцию меняться:  от вспышек гнева до безудержного  веселья и беззаботности.  
  Но к сыну это не имело отношения, хотя выливалось именно на  него. Она приходила домой раздраженная, недовольная, придиралась  к любой мелочи. Сказывалось отсутствие личной жизни, хотелось  

  мужской заботы и ласки, внимания и праздника. Но она запретила себе  это. За ней пытались ухаживать сослуживцы, приглашали в кино, в  ресторан. Она отказывалась, боясь  того, как отнесется к этому ее единственный и обожаемый сын. А вдруг  это сломает мальчика? Ухажеры  растворялись в пространстве. Она  творила великую жертву материнства: «Пусть я буду одна, зато я выращу настоящего мужчину – опору  и надежду в старости».  

СЫН НА КРЮЧКЕ  

  А у Глеба была совсем другая картина мира. Он очень боялся маминого  раздражения. Жалел ее, воображая,  что своим «отвратительным» поведением делает ее несчастной. Мама  раздражена, значит, он не смог порадовать ее. Вечером она плачет без  причины, он отменяет поход в кино  с одноклассниками. Не может же  «настоящий мужчина» оставить ее  одну в растрепанных чувствах! Так рождалась эмоциональная зависимость, удушающая жизни двоих  – матери и сына. А люди вокруг восхищались: «Как сын любит мать!»  
  Понятно, что первый брак Глеба был недолгим – три года, без детей.  Мама находила невестку вполне симпатичной женщиной. Но  слишком уж самостоятельная! Глеб  на маминых глазах превращался в  
  «подкаблучника». Он уже неплохо зарабатывал, крепко стоял на ногах,  мог позволить себе путешествия,  дорогую машину, ужин в ресторане.  
  По мнению мамы, молодая жена, как сыр в масле, каталась. И непонятно, чем заслужила! А маму уже  мало спрашивали об ее настроении  и желаниях. Молодая пара, особенно невестка, просто сообщала, что  они уезжают отдыхать или уходят к  друзьям. В путешествия с собой не  брали, а отправляли отдыхать отдельно. Но ей не хотелось никуда  ехать одной. Ведь у нее есть любимый сын, с которым они всегда ездили вместе! Одна радость – семейные праздники, Новый год, ее день  рождения...  
  Тогда она чувствовала себя опять важной и нужной. Мама частенько  выговаривала сыну, что он – невнимательный, равнодушный, неблагодарный сын. Он не мог понять, в  чем провинился, чувствовал себя  омерзительно. А поздно вечером из  комнаты молодой пары доносились  громкие голоса и плачь.  
  Отношения в паре стремительно портились. Надо было что-то решать. Но, когда молодая семья аккуратно и тактично сообщила о своем  желании жить отдельно, мама слегла в больницу. Теперь за ней был нужен постоянный уход. Сильные чувства у пары угасали… Их вместе уже ничего не держало. Так закончился  его первый и единственный брак.  
  …Прошло много лет, Глеб попрежнему жил с мамой. Сделал  хорошую карьеру, обеспечил маме  достойную старость. Но только все  чаще стал задумываться о том, что  смыслы утрачены. Все в своей жиз-  
  ни он делал ради мамы, чтобы она гордилась им, ведь она воспитала  достойного сына! Он уже все, казалось бы, доказал и себе и ей. Однако  чувство вины перед мамой жило в  нем, и ее настроение, по-прежнему,  было направляющей силой в жизни.  Женщины, которые встречались на  его пути, надоедали ему очень быстро. Месяц-другой, и он тихо завершал роман. Ведь долгие отношения и сильные привязанности могли нарушить порядок их жизни, привести  к новым проблемам. Да и кто, лучше  мамы, поймет его? Они с мамой часто вспоминали его бывшую жену  Яну. Мама сокрушалась, что этот  

  брак распался, считала ее идеальной женщиной, которая не выдержала  жизненных трудностей. Но другой  такой не будет. Она и его убедила,  что другой такой он уже не встретит.  

НОВАЯ ЛЮБОВЬ  

  Так Глеб и жил бы, убеждая себя, что ему не надо никакой семьи, если бы  однажды не влюбился в девушку,  моложе себя на 15 лет. Эта любовь  случилась с ним в период, когда  он приходил ко мне на консультации. Любовь преобразила его, в нем  проявились мальчишеские черты,  безрассудство. Любовь оказалась  взаимной. Девушка быстро забеременела. Он был бы абсолютно счастлив, если бы не одно обстоятельство.  Пришло время рассказать обо всем  маме. Вот тут с ним и случился настоящий кризис. Он молчал два месяца, а когда рассказал маме о своих планах, услышал: «Я думала, что  твое сердце принадлежит Яне… Но  если ты уверен, что это твой ребенок, и ты хорошо узнал эту девушку,  то совет вам да любовь».  
  Но что тут началось! Бессонные ночи, сравнение Насти с Яной не  в пользу последней. И страх перед  переменами, и проверки по календарю, его ли ребенок… В общем, ад!  Родился мальчик, он вписал его в  паспорт, на этом все и закончилось…  С Настей они жили в разных квартирах, он помогал ей деньгами. Но  при этом очень мучался. И однажды привел ко мне на прием… свою  маму. Милейшая женщина, полная  любви к сыну. Она очень переживала, что у него не складываются отношения с женщинами, нет семьи.  
  Нам понадобился год тяжелой работы! Сейчас Глеб, Настя и их малыш живут вместе, собираются расписаться. А мама... Трудно поверить,но у нее появился друг, с которым  они частенько ходят в театр.  
  Вы думаете, что это исключение из правил, что таких матерей  немного? Вовсе нет. Это не самый  сложный и трагичный вариант. За  мою практику таких случаев было  немало, в разных вариантах, с раз-  
  ными последствиями. Но всегда драматичных и тяжелых.  Я рассказала о Глебе, поскольку  он осознавал, что с ним происходит. Забил тревогу,  и сумел вырваться из  материнских объятий. Но это удается  

не всем.

СМЫСЛ ЖИЗНИ  

  От женщин частенько можно услышать фразу: «Сын –  смысл моей жизни!» Звучит красиво, не правда ли? И коллеги, подруги, мающиеся с мужьями в своих  семьях, бездетные родственницы  или ведущие душещипательных  радио- и телепрограмм, как молитву, повторяют: «Она посвятила сыну  всю жизнь!» А дальше – уже исходя из контекста. Либо он неблагодарный человек, либо преданный  и любящий сын. А то, что судьба  сына при этом становится судьбой  матери и у него почти не остается  надежды прожить свою собственную жизнь, как-то не очень интересно. Была бы картинка красивой.  Женщины эту проблему не хотят  видеть до тех пор, пока с сыном не  начинают происходить странные  или тяжелые ситуации.  
  Сам факт рождения ребенка принято считать Божьим промыслом.  Мать, дающая жизнь, априори превозносится и ставится на пьедестал.  А позвольте спросить: отец вообще  ни при чем? Мать дала жизнь. А  отец в процессе не участвовал? Так  поэтому она может вытворять в  психологическом плане все, что ей  угодно? А задача сына – подчиняться ее воле?! И, конечно же, эта воля  оправдывается великой любовью.  Какой эгоизм? Какая корысть? Какая  подмена понятий? Даже  думать не смейте и не вмешивайтесь! Материнские чувства святы,  мать плохого не сделает. Сын назначается «главным мужчиной жизни».  Муж отодвигается на второй план  или вовсе уходит из семьи.  
  Мальчик берет на себя роль старшего мужчины в доме. Он не забывает купить маме цветы, сопровождает ее в гости, жалеет и оберегает.  
  Казалось бы, что в этом плохого? Нормальное проявление сыновних  чувств. Более того, принято считать,  что если мужчина научился ухаживать за своей мамой, то скорее всего  он будет так же вести себя и со своей женой. Да, будет, но при условии,  если она его усыновит.  
  Подросток вырастает в юношу, затем во взрослого мужчину. Может  даже жениться, а ситуация мало меняется. Он по-прежнему остается  «единственным мужчиной» своей  мамы. А она то и дело просит его забрать ее из гостей, съездить с ней в  супермаркет, помочь на даче, посоветовать, что ответить подруге. И  все это происходит без учета того,  что у сына могут быть свои дела,  своя жизнь, свои желания. Ведь и у  его жены есть свои. Но они не имеют значения. Мама обижается, если  он не звонит, ну хотя бы пару раз в день. Он злится, ругается, протестует, но завтра все повторяется сначала. Отца как будто бы и не существует. Он по умолчанию уже давно  исключен из списка людей, активно  задействованных в материнской  жизни. А если он и присутствует в  ее жизни, то в качестве приложения.  
  Женщина лишает себя личной жизни, единственное предназначение и реализацию своей женственности видит только в материнстве,  не позволяя сыну прожить свою  жизнь, перекрывает ему возмож ность «разорвать пуповину» и психологически оставляет его при себе  навсегда. Чувство собственности на  ребенка, особенно на сына, дает женщине ощущение, что она не одинока.  Даря нежность и любовь, она справедливо рассчитывает на ответное  чувство. Причем равного калибра!  
  И здесь возникает сильнейшая эмоциональная зависимость между сыном и матерью. Ссоры и примирения, обиды и раскаяние – вот  приметы взаимозависимых отношений взрослого сына и матери. При этом мужчина обречен на  «короткие штанишки», отсутствие  гармоничных отношений с женой,  бесконечный поиск «идеальной  матери». С кого же, как не с самих  себя, нам спрашивать: откуда берутся инфантильные мужчины  и маменькины сыночки?!  
 ФОТО: СВЕТЛАНА СЕДЫХ
Дата: 23 февраля 2012
Нажми «Нравится» и читай нас в Фейсбуке
Оцените материал
Если мужчина – маменькин сынок 3.9 1 5 13
13
Читайте также
Новости партнеров
Cобытия и новинки
Показать ещё