Декабрь 2016
Новый номер
В продаже
с 16 ноября!

Я люблю его больше,чем родных детей

История одного ребенка, усыновленного иностранной семьей.

Три года назад Земфира де Вирджилиис, гражданка РФ и Италии, взяла из московского дома ребенка трехлетнего мальчика c диагнозом ДЦП. Она усыновила его и тут же увезла в Италию. До этого момента Феликс не мог ходить, сегодня он бегает и играет в футбол.

Ребенок по интернету

Эта история началась в июне 2009 года. Я зашла на сайт префектуры Юго-Западного административного округа Москвы (у меня здесь квартира), чтобы написать жалобу на директора нашей управляющей компании. Ее сотрудник за какую-то копеечную услугу ободрал меня как липку.  И тут вижу баннер: «Ищу маму». Я кликнула на него и попала на сайт специализированного дома ребенка нашего округа. Там – фотографии детей, от которых по разным причинам отказались родители... Подозвала к экрану своих детей – 19-летнюю Иларию и 13-летнего Алана: «Посмотрите, какие детки». И уехала с мужем по делам. 

Когда вернулась, сын и дочь, распечатавшие все фотографии, протянули мне одну и сказали: «Мам, давай возьмем этого мальчика». Это было нашим совместным решением – взять ребенка.  И я начала оформлять документы на усыновление, прошла врачей, получила справку о том, что не была судима, проконсультировалась с органами опеки... В общем, об этой эпопее можно написать целый роман. Не открою Америки, у нас вся система усыновления пронизана снизу доверху коррупцией, но я никому не дала ни копейки – это было мое принципиальное решение.


Мой самолетик

Я поехала в дом ребенка с документами, надеясь познакомиться с пятилетним Тимуром, которого выбрали мои дети. Но мне сразу сказали, что он не умеет говорить и у него очень серьезные проблемы... В какой-то момент ко мне подскочил голубоглазый и светловолосый мальчик, он обхватил меня за ногу, а потом на одной ножке начал скакать вокруг, расставил руки в стороны, изображая самолетик, который в знак приветствия покачивает крыльями. В этом было столько отчаянного желания мне понравиться...  У меня сжалось сердце. Наверное, воспитательницы ему сказали, мол, никому ты не нужен, никто тебя не усыновит. Он и решил проявить себя таким образом...

В ту же секунду я поняла, что возьму именно его. Я пролистала его личное дело, в которое заносятся данные о людях, которые приходили к нему на смотрины, чтобы потом усыновить. Его папка была пуста. К нему никто не приходил даже для того, чтобы с ним познакомиться... Да, в этом доме ребенка я не увидела ни одного российского усыновителя.  Там я познакомилась с двумя парами – из Испании и из Италии. Итальянцы забирали в Геную двух детей – брата и сестру. Я была уверена, что смогу поставить на ноги этого ребенка – во всех смыслах. Ведь он не мог ходить, потому что одна его ступня, изуродованная ДЦП, висела вертикально. Он наступал на пальчики. И первое время мы носили его на руках...

Я вернулась домой и рассказала о нем детям. Алан только спросил: «Ты выбрала другого мальчика?» – «Да», – сказала я. Себе я объясняла свой выбор тем, что не смогла бы вылечить Тимура, мне не хватило бы сил, терпения и средств...


654 366 – общее число детей, оставшихся без попечения родителей (данные на конец 2011 г.)
80% из них – социальные сироты.
30% выпускников детских домов теряют жилье и работу в первые три года самостоятельной жизни,
10% кончают жизнь самоубийством,
30% вовлекаются в криминальные структуры.
  • 1
  • /
  • 3
Нажми «Нравится» и читай нас в Фейсбуке
Оцените материал
Я люблю его больше,чем родных детей 4.4 1 5 35
35
Читайте также
Новости партнеров
Cобытия и новинки
Показать ещё