Декабрь 2016
Новый номер
В продаже
с 16 ноября!

Кому достанется ребенок?

Их похищали и передавали с рук на руки, вывозили в багажнике через границу, показывали по телевизору.
Весь 2009 год в нашей стране прошел под знаком детей. Тех, которых никак не могут поделить между собой родители. Один за другим гремели скандалы, где мамы и папы боролись между собой за право жить с ребенком, причем борьба эта доходила до криминала. Детей похищали и передавали с рук на руки, тайно вывозили в багажнике через границу, приводили на пресс-конференции и без конца показывали по телевизору. Выяснилось, что в судах число подобных дел растет как снежный ком. В чем причины этого бума конфликтов вокруг детей? «ДО» вспоминает самые громкие истории и пытается с помощью экспертов разобраться не только в причинах и следствиях, но и найти пути решения непростых проблем.

От границы к границе
Яна Рудковская и Виктор Батурин
После развода Виктор Батурин забрал общих детей себе. В 2008 году Яна Рудковская выиграла два суда, получив право на проживание детей с ней. Виктор Батурин оспаривает решения, детей не отдает. Дети проживают в Калмыкии, Яна с ними видится, настаивает на возвращении детей в Москву. Судебные тяжбы продолжаются.
Ольга и Владимир Слуцкер
В марте 2008 года Владимир Слуцкер подал документы на развод. Вскоре, по словам Ольги, он лишил Ольгу возможности видеться с детьми. У Слуцкер двое детей – 10-летний Миша и 5-летняя Аня. Ольга Слуцкер подала встречный иск. Судебный процесс продолжается.
Римма Саалонен
Римма Саалонен жила в Финляндии в браке с Пааво Саалоненом. Уже после развода обнаружилась беременность. Родившийся мальчик в 2003 году получил финское гражданство, и по решению местного суда отец получил опеку над Антоном. В 2008 году Римма вернулась в Россию с сыном. В апреле 2008 года Пааво Саалонен похитил Антона.
В октябре 2009 года финский суд присудил Римме наказание в виде полутора лет условного заключения.
Ирина Беленькая
находилась в браке с гражданином Франции Жан-Мишелем Андрэ. Дочь Элиза была гражданкой России и Франции. В 2007 году французский суд присудил опеку отцу. Ирина уехала с дочкой Россию. После этого трехлетнюю Элизу похищали дважды – сначала отец вывез ее во Францию, затем мать пыталась вернуть в Россию, но была задержана. После того как в историю вмешались высокопоставленные чиновники с обеих сторон, было подписано соглашение.
О том, что брак с иностранцем запросто может привести к разлуке с ребенком, россияне заподозрили еще в 1999 году, после шумной истории с Натальей Захаровой. В результате судебных процессов с бывшим мужем ее дочку Машу забрали и у отца, и у матери –и передали в приемную семью. На помощь Наталье тогда ринулись многие, и даже на встречах президентов России и Франции этот вопрос несколько раз обсуждался. Тем не менее, в 2007 году французский суд повторно отказал Наталье в праве на совместное проживание с ребенком.
Когда в 2009 году граждане двух стран следили за детективной историей отношений супругов Беленькая – Андрэ, появились комментарии юристов о том, что российское и французское семейное право во многом противоречит друг другу. Например, в нашей стране не предусмотрена ответственность за похищение собственного ребенка – согласно статье 126 УК РФ «Похищение человека»: «Не может быть потерпевшим сын, дочь, внук, внучка, изъятые из среды, где они находились, родителями (в том числе и лишенными родительских прав), бабушкой и дедушкой». В то же время в США за такое преступление полагается тюремное заключение до 15 лет, во Франции – до 7 лет. Плюс к этому на территории многих стран действует Гаагская конвенция «О гражданско-правовых аспектах международного похищения детей от 25.10.1980», которая определяет ответственность за незаконное перемещение ребенка из страны в страну. Россия этот документ не ратифицировала.
Французские, пожалуй, самые обсуждаемые в нашей стране случаи вовсе не редкость. Вот что говорит Уполномоченный по правам ребенка в Санкт-Петербурге Игорь Михайлов: «Десятки аналогичных случаев рассматривают сейчас судебные системы России и других государств. В аппарате Уполномоченного по правам человека в Санкт-Петербурге в данный момент находится два таких случая. Вот, например, пара из Праги: Ольга Громадкова и инженер Зденек Громадка. В 2003 года Ольга вышла замуж за Зденека, они поселились в Праге.
В 2007 году Ольга подала на развод – суды длились 10 месяцев – и, не дождавшись официального решения, уехала с их общей дочерью Анной в Россию по туристической визе (у девочки было чешское гражданство). Назад они не вернулись, а получили российское гражданство по решению Вологодского суда. Чешский муж пытается обжаловать решение суда, давшего иностранному гражданину (его дочери) второе гражданство».
Бывшие супруги Громадки по  отдельности обратились за помощью к Уполномоченному по правам ребенка, и спор, с кем должна жить Анна, продолжился с участием консула Чехии. «По сути, – считает Игорь Михайлов, – история не завершилась. Впереди – судебные разбирательства. Радует только то, что в данной ситуации люди хотя бы пытаются решить эту проблему цивилизованным путем. Пока еще дело не дошло до выслеживаний, похищений и контрабандных вывозов ребенка…»
Массовые международные споры, как считает Игорь Михайлов, стали логичным последствием брачного бума 90-х годов, когда русские невесты заполонили европейские просторы… «Каждый конкретный случай надо оценивать отдельно, но в основе массовости этих скандалов лежит беспечность русских дам, выходивших замуж, как в булочную, не изучив ни характер избранника, ни законодательство, ни отношение к русским на родине мужа. Следует ожидать, что эти скандалы далеко не последние, и нас ждет много таких животрепещущих историй. Перспектив благополучного разрешения у подобных конфликтов никаких – одна сторона всегда будет недовольна, а пострадавшим всегда будет ребенок».

На родных просторах
Но самые, пожалуй, скандальные истории «дележа» детей происходили внутри страны. Причем замешанными в них оказались звезды шоу-бизнеса первой величины, бизнесмены и депутаты. Кристина Орбакайте и Руслан Байсаров, Яна Рудковская и Виктор Батурин, Ольга и Владимир Слуцкер – все они стали участниками семейных драм, где в качестве объекта выступали дети. Не деньги, как это было раньше, не собственность, не недвижимость. Может быть, потому что все действующие лица этих историй – люди вполне обеспеченные. Поэтому яростная борьба переместилась на «неделимую» собственность, на детей. И чем дальше, тем тенденция к подобного рода скандалам только усиливается.

Отцы и дети
Во всех этих историях, несмотря на разные обстоятельства, есть одна общая черта: один из родителей внезапно лишает другого возможности видеться с ребенком. И, даже получив право на совместное проживание с ребенком, другой родитель часто не может этим правом воспользоваться.
Можно ли этого избежать? Вполне, считает Борис Альтшуллер, руководитель РОО «Право ребенка», член Общественной палаты РФ, эксперт Государственной думы по вопросам семьи, женщин и детей. Он говорит, что необходимо для начала изменить законы: «Может быть, эти громкие случаи подвигнут, наконец, наших законодателей устранить провалы Семейного кодекса РФ в сфере послебрачных отношений родителей с их собственными детьми. Ведь регулирование этих отношений даже не заявлено в программной статье 2 СК РФ как одна из задач семейного законодательства, и это при том, что статьи 54, 55, 61 Кодекса провозглашают право обоих родителей на общение с ребенком и участие в его воспитании и право ребенка на воспитание своими родителями.
Декларируют у нас легко, а сделать так, чтобы слова воплощались в жизнь, почему-то не получается. А сделать, казалось бы, нетрудно, тем более что мировой опыт хорошо известен: суд в подобных ситуациях назначает порядок общения и воспитания обоими родителями их общих детей, а несогласованное с другой стороной нарушение этого порядка рассматривается как неуважение к суду и преследуется в уголовном порядке. И удивительным образом это работает: самые нервные и обиженные соблюдают назначенный порядок общения».
Проще говоря, если в семье есть несовершеннолетние дети, то при разводе обязательно должно подписываться соглашение, в котором подробно описано: с кем живет ребенок, каким образом второй родитель может с ним встречаться, где и как проходят встречи и т. д.
Если родители не могут договориться, то суд должен сам разработать это соглашение, исходя из всей имеющейся информации. А за нарушение этого соглашения родитель-нарушитель должен нести серьезное наказание.
Но, кроме того, родителям сегодня нужно учиться вести переговоры – и это самое трудное. «Судам трудно определить, какая из сторон в таких случаях является правой, а какая – виноватой, – говорит Игорь Михайлов. – Виноваты оба родителя, которые нарушают права ребенка, подвергают его стрессу в процессе его дележа, который, как правило, сопровождается ложью, взаимными упреками, манипулированием и скандалами. После всего этого уже не важно, кому достанется ребенок».
А пока скандалы появляются, как грибы после дождя: в середине октября Интернет взбудоражила история Ксении Пушкиной, которую она рассказала в своем блоге. По словам Ксении, ее двухлетнюю дочь Полину забрала бабушка, бывшая свекровь: однажды она взяла внучку на выходные, а затем просто не вернула.
В течение двух лет Ксения воевала за право жить вместе с дочкой. Даже имея на руках постановление суда об определении проживания ребенка с матерью, она не могла забрать девочку из частного дома бабушки – ни ее, ни судебных приставов просто не пускали за ворота хорошо охраняемого участка. И только по прошествии долгого времени матери удалось воссоединиться с дочкой. Причем отец, по словам самой Ксении, в процессе участия не принимал, лишь подписал доверенность на имя своей матери...

Мнение эксперта
Анатолий Кучерена, адвокат, участвовал во многих процессах по «разделу» детей
Среди фигурантов подобных историй немало бизнесменов. К сожалению, наш крупный бизнес сложился не в процессе созидания каких-то новых ценностей, а в ходе ожесточенного дележа советского наследства. Многие бизнесмены настолько привыкли к бесконечному процессу «дележки», к захвату не вполне принадлежащей им собственности, что начинают переносить эти подходы и методы на семейные конфликты. И при  этом искренне полагают, что у кого больше денег – у того и больше прав на ребенка.
Самая главная ошибка – это неумение договориться, перенесение возникшего конфликта в суд и тем более – в публичное пространство. Казалось бы, как адвокат, я должен выступать за разрешение всех конфликтов в суде. Но здесь именно тот случай, когда родители должны договариваться между собой, ставя во главу угла интересы ребенка.
С юридической точки зрения единственный путь – заключение соглашения, в котором будут прописаны все детали, связанные с общением родителей с ребенком в случае развода. Родители могут заключить такое соглашение как в любой момент нахождения в браке, так и после его расторжения.
Супруги в момент развода или сразу после него переполнены отрицательными эмоциями и взаимными обидами, и если раньше отомстить за обиду пытались, отсудив большую часть имущества, то сейчас, к сожалению, объектом споров становятся дети.
Конечно, родители могут максимально прописать процесс общения с ребенком, но при этом вопрос исполнения соглашения зачастую остается открытым. Ведь не обращаться же в суд каждый раз, когда один из родителей в очередной раз вернул ребенка домой на два часа позже?
Поэтому, на мой взгляд, единственным выходом является компромисс интересов родителей.
Тем россиянкам, кто еще только собирается вступить в брак с иностранцем, могу дать несколько советов:
1. Заключайте брак на территории той страны, где проживает ваш избранник. Это позволит более успешно отстаивать свои права, поскольку в Европе существует единое правовое пространство, а российские законы там не действуют.
2. Живя в браке, добивайтесь получения иностранного гражданства. Дело это сложное и хлопотное, но вполне возможное.
3. Еще до отъезда хорошо выучите язык страны пребывания. Во Франции, например, если вы не говорите по-французски, на вас будут смотреть, как бы это сказать, несколько свысока.
4. Обязательно оформляйте брачный контракт. Желательно, помимо прочего, расписать порядок опеки над детьми в случае развода и зафиксировать согласие мужа на получение каждым вашим совместным ребенком российского гражданства.

Мнение эксперта
Елена Моисеева, психолог Московского гештальдт-института, в течение 10 лет работала психологом школы «Мумми-тролль»
Домашний Очаг
: Как вы объясняете все эти шумные истории?
Елена Моисеева: Это естественный процесс возрастания авторитета отца. В нашей культуре всегда было принято, что ребенок при разводе остается с мамой, а папа отходит в сторону и не имеет права голоса. Сейчас отцовство становится очень важным, мужчины хотят общаться с детьми, настаивают на своем участии в жизни детей – это, конечно, все осложняет, но в целом правильно и хорошо.
ДО: Почему же бывшие супруги так жестоко воюют друг с другом?
ЕМ: То, что они делят ребенка, – это вранье. На самом деле они пытаются поделить то общее пространство, которое существовало между ними. Ребенок при этом – лишь метафора, объект, и о нем никто не думает. А самое важное, что нужно попытаться сделать, – это отделить самого ребенка от отношений двух взрослых. Опаснее всего, когда в конфликт втягивается ребенок, которому еще нет трех лет – переживания уходят в бессознательное, и потом работать с ними невозможно.
ДО: Выходит, правы те страны, где органы опеки или суд могут ребенка «изымать из зоны конфликта» и передавать другим людям?
ЕМ: Ну, если родители совсем теряют разум, тогда не исключено, что и так. На практике чаще все же хотя бы один из родителей сохраняет вменяемость. Но помощь, оказываемая со стороны, нужна. По–хорошему, во время развода, особенно конфликтного, ребенка должен «сопровождать» психолог, который поймет, на каком этапе проживания ситуации он находится, насколько он принял ситуацию. А главная задача как раз состоит в том, чтобы ребенок ее принял и понял, что, несмотря на развод, мама и папа останутся навсегда.
ДО: Что происходит с психикой ребенка во время развода родителей?
ЕМ: Он теряет опору, основание своей жизни. Чаще всего ребенок не говорит на эту тему. Но поведение его может измениться совершенно – ребенок становится подавленным, рассеянным, растерянным. Он очень нуждается в поддержке, а родители, увлеченные выяснением отношений, часто эту поддержку ему не оказывают. Иногда мама, оставшаяся после развода в депрессии, слишком занята собой и своими переживаниями.
ДО: Может ли ребенок чувствовать себя комфортно, проживая то с мамой, то с папой?
ЕМ: Да, детская психика вполне может к этому приспособиться. Но при этом важно, чтобы где-то было его собственное место, где он чувствует себя дома. Но, конечно, если ребенок внезапно изымается из семьи (как, например, с сыном Орбакайте Дени), он лишается чего-то привычного и понятного. А это тяжело.
Дата: 14 декабря 2009
Нажми «Нравится» и читай нас в Фейсбуке
Оцените материал
Кому достанется ребенок? 0 1 5 0
0
Читайте также
Новости партнеров
Cобытия и новинки
Показать ещё