Декабрь 2016
Новый номер
В продаже
с 16 ноября!

"Заберите этого мальчика. Сдайте его в поликлинику" Записки школьного психолога

Психолог Виталий Сонькин то и дело дает "Домашнему очагу" полезные советы по воспитанию и пониманию детей. А еще он интересно рассказывает о том, с чем ему приходится сталкиваться в своей работе.
ребенок неуправляемый
Виталий Сонькин

Виталий Сонькин, психолог

Виталий Сонькин,

психолог, психотерапевт, гештальт-терапевт

Иногда друзья спрашивают меня: «Ну, как работа? C чем нынче люди приходят?» Приходят со своим горем и радостями, с сомнениями и любопытством, с отчаянием и воодушевлением. Писать про откровения трудно, ведь мы обязаны хранить втайне истории клиентов. Как делиться теми находками, которые возникают в общении, полном доверия и уважения? Для этой колонки пришлось искать подходящую форму. А надо сказать, что большая часть моей практики – это поиск с клиентом подходящей формы для выражения его переживаний и воплощения желаний.

Когда я начинал психологическую практику, психологи уже показали свою эффективность в работе с детьми, и сводить ребенка «продиагностировать» уже не считалось зазорным.

В школах тогда появились специалисты, к которым родители и педагоги начали прислушиваться. Тогда и я начинал с работы с детьми: сперва в школе для одаренных детей, потом в детском психологическом центре. Мы делали разные проекты для родителей и педагогов, для детей способных и отстающих, сирот и с нарушениями поведения, консультировали, пробовали разные методики – от компьютерных до песочной и арт-терапии. Вот несколько наблюдений за школьной жизнью.

Готовность к школе

Есть такое словосочетание – готовность к школе. Как именно к ней нужно быть готовым, неизвестно, но мнение есть у каждого.

Мой папа, физиолог, был уверен, что она выражается в способности дотянуться до уха противоположной рукой через макушку головы.

Вы уже попробовали? Для взрослого это плевое дело, а малыш до 7 лет на это физически не способен – голова пропорционально огромная, а руки коротки. В 6 лет я только и делал, что тянулся до уха, чтобы получить путевку во взрослую жизнь и октябрятский значок в придачу.

Я психолог и пользуюсь совершенно другими методами. Конечно, есть формальные вещи: проверить внимание и утомляемость, способность составить рассказ по картинкам, нарисовать, прочитать, еще что-то, но мой любимый вопрос ребенку: зачем люди ходят в школу?

«Как зачем? Надо же ходить!» «И все-таки, зачем?» «Чтобы быть умным», – будущий первоклашка пытается найти «правильный» ответ.

«А зачем умным быть?»

«Чтобы не смеялись другие», – и тут становится понятно, как его мотивируют к учебе дома.

«А зачем нужно, чтобы не смеялись?»

«Чтобы… не знаю. Потому что обидно, когда смеются!»

«И все-таки, для чего нужно, чтобы не смеялись?»

«Для того, чтобы брали играть вместе…»

«А для чего нужно, чтобы брали играть?»

«Чтоб скучно не было», – выпаливает малыш, и тут видно, что в школу он собирается не учиться.

«А зачем человеку нужно не скучать?»

«Чтобы не грустить. А то, что он будет делать».

Этому юному человеку в школе может быть весело, а вот с уроками придется помучиться – похоже, что быть одному, самостоятельно выполнять задания для него непривычно.

Чаще всего дети рассказывают в таком диалоге о страхах родителей: «Чтобы не стать бомжом», «Чтобы в хороший институт пойти и на работу устроиться».

Но иногда говорят о собственных мечтах: «Да я, когда вырасту, хочу поехать в экспедицию, чтобы искать пропавшие города!» «Чтобы стать умным и помогать всем, кто в этом нуждается, зарабатывать и раздавать деньги бедным», – да, бывает и такое.

Вообще, похоже, что готовность к школе с каждым годом уменьшается. Конечно, не физиологически – руки не укорачиваются. Подростки уже неплохо знают, где добыть нужную им информацию, и школа иногда мешает, а не помогает в этом. Но главная сложность в школе (и главное ее достоинство) – это то, что приходится общаться с толпой и адаптироваться в большом социальном мире.ребенок школа проблемы

Толпа в школе

Вообще, в школе очень много людей. Разных. Приятных и не очень, интересных и зануд, общительных и нелюдимых. Как они все вместе уживаются – загадка, теоретически это невозможно. Есть среди них те, кому особенно трудно: у кого шило в одном месте – их теперь принято называть гиперактивными. И те, кто правила этой толпы вообще не понимает и живет «на своей волне», – тогда говорят про синдром Аспергера. Толпа таких сторонится и не любит, и часто пытается вытравить. Посудите сами: все за партами, а он - под партой. Все выполняют задания, а он дерзит учителю.

Мне приходилось видеть разные способы с этим справляться. Я знал мальчика, которого учительница запирала на перемене в классе, чтобы он не бегал по коридору и ни к кому не приставал. Несколько раз участвовал в ситуациях, когда родители писали коллективное письмо: заберите этого мальчика, сдайте его в поликлинику, на опыты (как говорил кот Матроскин).

Реакция этих родителей понятная, но не продуктивная. Видел, как школа настоятельно предлагает перейти ребенку на домашнее обучение – с глаз долой.

И даже видел одного завуча, которая думала, что она следователь: она собрала на ребенка огромную папку-досье, в которой хранились свидетельства всех произнесенных им ругательств, всех драк с его участием, характеристики от педагогов, показания «потерпевших» и даже, в качестве вещдока, ножницы, которыми он угрожал кому-то из одноклассников, и прочий компромат.

Приходилось встречаться и с другой стороной: с детьми, которые боятся ходить в школу из-за угроз, и с перенесшими травлю взрослыми, которые продолжают по привычке опасаться любых непроверенных компаний. Как-то ко мне на прием привели девочку, которою только что душил одноклассник. Ее било мелкой дрожью, трясло, и она не могла выговорить ни слова, захлебываясь прерывистым дыханием. Растерянные педагоги не знали, как успокоить ребенка, пытались утешить ее – это явно не помогало. Я стал вырывать листки из тетрадки и давать ей, чтобы она их мяла. Она тут же с остервенением стала это делать, а потом и бросать получавшиеся комки. Минут через пять такого отреагирования девочка немного расслабилась и смогла говорить, рассказать, что с ней случилось.

Но один раз я видел потрясающий класс.

Это были пятиклассники, которые, как все в этом возрасте, были уверены, что они не очень дружные. Мы проводили с ними игру с творческими заданиями. В классе был мальчик «на своей волне». В общей стенгазете он нарисовал черную кошку. Она была не вполне в тему, но у него была заготовлена история про суеверия и его отношение к ним, которой он хотел поделиться со всеми. Ребята специально предоставили ему слово, зная, что ему это важно, спокойно его выслушали, потом тактично остановили, когда он выбрал допустимое время. В этом классе все знали про особенности этого мальчика и относились к нему с пониманием и уважением и поэтому всем было комфортно. Это было удивительно трогательно, и так наглядно видно, какие плоды может принести колоссальная работа педагогов и родителей, создавших в этом классе атмосферу достоинства.ребенок не учится

Двоечки

У меня было две бабушки: одна говорила, что пятерки должны быть нормой, поэтому за них и хвалить не обязательно, а вот тройки и двойки совершенно неприемлемы. Другая утверждала, что лучшая оценка – тройка, ведь это значит, что ты не перетрудился, а необходимый минимум сделал. Эти две разные установки порождали во мне некоторую внутреннюю свободу.

Как-то я придумал простое упражнение, которое показывает силу оценки. Каждый из вас может вспомнить и прочитать наизусть какое-нибудь стихотворение или хотя бы четверостишие. И многие даже могут получить от этого удовольствие. Но все изменится, если нужно это сделать на оценку – только представьте! А еще сильнее, если таких чтецов несколько, и возникает рейтинг оценок: кто-то прочитал лучше, а кто-то хуже всех.

Если вы вообразите себе это, то легко почувствуете, как меняется отношение и к стихотворению, и к чтению, и к слушателям.

А дети находятся в такой ситуации постоянно. Причем труднее всего тем, кто с краю – самым лучшим и самым худшим. И те, и другие оказываются в плену ожиданий, у них меньше возможностей для маневра, они ощущают на себе гнет общественного мнения: «ты должен всегда быть молодцом» или «у тебя все равно ничего не выйдет».

Но не менее трудно родителям. Их же немедленно пробирает стыд, когда их родные дети неуспешны. Знаете, почему с чужими детьми заниматься и делать уроки гораздо проще? Потому что выносить, когда родное дитятко плохо соображает, невозможно для ранимого родительского эго. А чужой – пусть себе не соображает на здоровье! Тем не менее, оценки важны как инструмент обратной связи. Но важно и то, как родитель на них реагирует: умножает их значимость, хваля и ругая; или обесценивает и игнорирует; или обращает внимание и видит в них сигнал: с чем ребенок справляется, а в чем ему нужна помощь.

Фото: архив ДО Fotodom Дата: 03 ноября 2016
Нажми «Нравится» и читай нас в Фейсбуке
Оцените материал
"Заберите этого мальчика. Сдайте его в поликлинику" Записки школьного психолога 4.6 1 5 9
9
Читайте также
Новости партнеров
Cобытия и новинки
Показать ещё